– У него же стёкла тонированные.
Вот сплетники, как они разглядели? Как будто на работе больше заниматься нечем.
– А ты откуда знаешь? – посмеивается Кристина.
– Из окна видела.
– В общем, говорят такая девочка... Прям красавица! Элегантная, волосы до пояса, юбка в пол. Правда… молоденькая. А Димка сказал – дорогая девочка, он бы такую не потянул.
Да. Аскар, наверное, любую потянет.
– Кристин, ты знаешь, как я отношусь к сплетням. Это могла быть его сестра. Или племянница. Да кто угодно. Но даже если и девушка…
– Девушка-девушка! Говорят, она так на него смотрела, когда он вернулся в машину.
Щенячьим взглядом. Кажется, господин Айдаров не одинок. Ох, как хочется взглянуть в лицо этой кобре Нинке. Она точно вынашивает планы по его совращению, а вот не получится!
Лишь криво ухмыляюсь в ответ: Кристина неисправима.
– Я бы спросила, как твое самочувствие, но ты же мне голову откусишь!
– Откушу и не замечу. Но в целом нормально. Только на работе не распространяйся, Кристин!
– Я могила! Ты ж знаешь!
– Знаю.
Поэтому и говорю.
Мы перебросились с подругой ещё парой слов, после чего она тихонько распрощалась, заявив, что покупатели пришли. А я мирно свернулась в клубочек, уговаривая малыша поспать, набраться сил и не оставлять маму…
И вдруг… телефон вновь оживает. Заставляю себя приподняться и распрямить плечи. Хоть собеседник этого и не видит, но так я чувствую себя увереннее.
– Оля, здравствуй, – беспокойство в его голосе окатывает ушатом холодной воды. – Я краем уха услышал, что ты в больнице.
Так и есть?
Прежде чем ответить, набираю побольше воздуха в грудь. Увиливать? Только не в моей ситуации.
– Да. Я на сохранении.
Сложно описать словами, но каждая убегающая секунда вдруг растягивается в минуту. Атмосфера мгновенно накаляется, а на том конце провода повисает тягостное молчание.
– Ты беременна, – спустя несколько мгновений глухо раздаётся в трубке.
Я не могу понять, с каким выражением он произнёс эту фразу. Это не вопрос, определенно. Обвинение? Не знаю.
Но удивление присутствует точно.
– Беременна. Срок маленький. Поэтому сообщать на работе пока не увидела смысла.
– Я понял. А… – неуверенность на пару секунд заполняет тон, но дальше Аскар произносит уже твёрдо, – какие-то серьёзные проблемы?
– Ну как сказать… врач сказал, надо поберечься. Я буду постоянно на связи, мои ребята всегда смогут до меня дозвониться, поэтому…
– Не волнуйся. Выздоравливай. И береги себя. Тебе сейчас о работе меньше всего нужно думать.
