"
"– Спасибо, – все, нужно просто попрощаться и положить трубку.
– Муж наверное счастлив, – догоняет сухое замечание.
– На седьмом небе, – голос меня подводит, и я замолкаю, поджимая губы.
– Поздравляю.
Разговор получился каким-то скомканным. Лишь когда короткие гудки стихают, я отнимаю телефон от уха.
А потом кладу ладонь на живот и мягко поглаживаю.
Все правильно. Я все делаю правильно. В любой другой ситуации любой другой женщине я бы сказала, что мужчина имеет право знать. Да. Ещё и настаивала бы и обвиняла в неискоренимом эгоизме и глупости.
Но только не сейчас. Потому что этот малыш только мой. И мне он нужен по-настоящему.
*****
Первый рабочий день после выписки стал настоящей бедой. У нас прорвало трубу в туалете, затопило половину коридора. Айдаров приехал, посмотрел на эту картину и вызвал управляющего. Андрей Яковлевич после разговора из кабинета вышел белый как полотно. Как только все узнали, что я вернулась, на меня обрушился шквал звонков и срочных заданий от юристов, из бухгалтерии… и даже мои ребята, которые в принципе вполне могут без меня обойтись несколько дней, и те шагу ступить боятся без моих разъяснений.
Но вишенкой на торте стало другое. Ко мне пришла Ирина из отдела кадров и напрямую спросила, почему я увольняюсь.
Мои круглые глаза ввели ее в ступор.
– То есть ты не знаешь, что Булатович дал задание искать нового руководителя по продажам?
– Теперь уже знаю. Ир. Ты пока притормози с этим. Я поговорю с ним.
– Вот сволочь! А говорил, изменения штатного состава никого не коснутся! Я так и знала, он сюда своих рассадит! А нас всех выпнет! Какой лжец! Всем в уши льёт, а сам тихим сапом уже готовит новых людей на места!
– Ир, ты не кипятись.
Возможно, мы с ним недопоняли друг друга. Я поговорю с ним, – повторяюсь.
Как только дверь за Ирой закрывается, набираю рабочий номер Аскара. Да. Я могла бы и сообщить ему о беременности. А он мог бы и поставить меня в известность, что уже ищет мне замену. Неприятная ситуация.
– Слушаю, – раздражение в мужском голосе бьет по и без того напряженным нервам.
– Аскар Булатович, – я, честное слово, не понимаю, как к нему теперь обращаться. И ты неуместно. И вы вроде как… тоже. – Это Ольга Алмазова. У вас найдётся три минуты?
– Да, я сейчас свободен.
– Зайду?
– Заходи.
Я застала его погруженным в какие-то бумаги. Чашечка с остывшим кофе отодвинута к краю стола.
Кажется, он настолько сосредоточен, что меня просто не замечает. А я словно по чьей-то молчаливой команде замедляю шаг.
