– Что за логин? Или ты опять придумываешь новые слова?
– Эм… – растерялась я.
А потом решила, а, собственно, почему бы нет? Почему бы не признаться мужу в своем попадании? Я уверена, он не побежит сдавать меня священникам. И опять же с ним можно будет свободно говорить на любые темы, а не судорожно придумывать объяснения, когда автоматически вырвались ненужные слова.
– Знаешь, Шон, мне нужно очень многое тебе рассказать…
Историю своего попаданства я поведала мужу в нашем номере, предварительно наложив заглушающие звук заклинания.
На всякий случай. Честно сказать, понятия не имею, как к моей тайне отнеслись бы другие люди.
Кажется, сначала муж слушал с недоверием, но чем больше я говорила, тем меньше сомнений мелькало в его взгляде. Какое-то время он задавал вопросы, на которые я с радостью отвечала. Все же приятно спустя столько лет вспомнить родной мир.
– Я никому ничего не рассказывала. Не хотелось бы, чтобы Эд узнал о том, что в теле его сестры дух человека из другого мира, – со вздохом призналась я.
– Почему ты считаешь, что вселилась в чужое тело? – вдруг спросил Шон. – Ведь мы знаем, что души уходят на перерождение, забывая все, что с ними случилось. Что если ты просто вспомнила предудущее свое воплощение?"
"– Не думаю. У меня совсем другой характер. Ила была более мягкой, неконфликтной, со смирением принимала капризы пациентов. Повторяла себе, что они больные, несчастные люди и жалела. Ила была настоящей целительницей, хотела лечить, чувствовала свое призвание, несмотря на невысокие способности к магии.
А я слишком эгоистична для того, чтобы со смирением сносить пренебрежение пациентов.
– Характер зависит от возраста и воспитания, – не согласился со мной супруг. – Я так полагаю, в интернате Илу не только обучали врачеванию, но и прививали определенное поведение, пестуя в ней смирение, мягкость, незлобивость. В общем, те качества, которые принято считать «женскими». В своем мире ты получила другое воспитание, поэтому не стала терпеть, когда Людвиг и Тьянмира попытались тебя запугать.
Кроме того, ты ведь на самом деле прожила дольше, поэтому хорошо осознавала, что принимать со смирением выходки детей Дориана нельзя, станет еще хуже.
– Возможно, – признала я, вспоминая, что тело Илы ощущалось, как родное, а аура, которая, согласно магической теории, является одним из признаков души, не поменялась.
Даже память, что мне передалась, чувствовалась, как своя собственная. Получается, что настоящая Илаида это я и есть? Не знаю.
