– Почему?"
"– Существует несколько видов бестелесных сущностей: духи, призраки и приведения, – менторским тоном начала я. – Дух – первый уровень, всего лишь воплотившаяся негативная эмоция. Духи ограничены, неразумны, не способны ничего писать, просто нападают, вызывая страх, и питаются его эманациями. Если сильно наелись, способны наложить проклятие. Справиться с ними могут только маги и сильные священники. Второй уровень – призраки. У них есть неоконченное дело, они полу-разумны, чаще всего, кое-что помнят из своей жизни, различают близких людей, не нападают и не насылают проклятия на тех, кого считают друзьями и любимыми.
Наоборот, призраки могут защищать человека, к которому при жизни хорошо относились, и карать его обидчиков. Чаще всего, развеять их может и обычный человек, если закончит дело призрака. И третий уровень – приведения. Полностью разумны, сохраняют память, навыки, характер, но приведением может стать либо некромант, либо одаренный с его помощью. Причем, ритуал очень сложный и не гарантирует результата.
Так что в нашем случае мы имеем дело с призраком. Раз он пишет о наказании и послушании, значит, именно это – его неоконченное дело.
– Значит, если послушаться его, забрать заявление и отдать наследство тебе, то призрак исчезнет?!
Ну может же, когда хочет! Сама сказала!
– Это логично. Посмертная воля твоего отца. Если ее не исполнить, то будет наказание. Скорее всего, проклятие. Причем, прицельно по тем, кто не слушается.
– Ну-ну… – протянула Тьянмира, – и все тебе на руку получается.
Нет уж! Мы все тут проверим и получим консультацию у специалиста. Не радуйся. Это не твой дом и не твои деньги.
Змеища развернулась и зашагала прочь из моей комнаты.
– Спокойной ночи, Тьянмира, – с показной заботой пожелала я. – Кстати, призраки очень активны как раз по ночам.
Она не обернулась, но слегка запнулась, и это выдало волнение.
Вышло даже лучше, чем мы планировали. Остался завершающий акт Мерлезонского балета. Сейчас оденусь и наведаюсь в комнату Людвига.
Мы с Жераром вовремя подошли к замаскированному слуховому и наблюдательному отверстию, похоже, Тьянмира уже пересказала брату то, что услышала от меня.
–… ни дом, ни счет в банке не стоят того, чтобы всю жизнь потом мучится от проклятия! – возмущенно говорил Людвиг. – Ты подумала, что оно может стать родовым? Перекинуться на твоих детей, будущих внуков? Нет? Дух или там призрак – не важно, главное, он может проклясть так, что мы с тобой вовек не отмоемся.
