Напомню, что наш отец обладал хорошим воображением и умел прогнозировать события. Иначе бы он не сумел увеличить богатство семьи втрое.
Как он ее! Ох, жаль я не вижу лица Тьянмиры, через глазок сейчас смотрел Жерар.
– Значит, для тебя справедливость ничего не значит? – зашипела змеища. – Разве это правильно, что наше наследство перейдет ей? Она не сделала ничего, чтобы его заработать! Все ее целительские услуги не стоят и сотой части того, что ей может достаться!
– А ты что-нибудь сделала? – спокойный голос Людвига на фоне возмущенного Тьянмиры звучал веско.
– Рождение в семье дье Эвиль – это вообще-то не твоя заслуга.
– Это заслуга наших родителей, которым всю жизнь было плевать на детей! Ты забыл, сколько всего мы придумывали, чтобы хоть увидеть отца и получить от него немного внимания? Я уже не говорю о любви и ласке.
– Он зарабатывал деньги. У Дориана не было времени на нас.
– Коне-ечно, не было! – издевательски протянула змеища. – Потому что это время он тратил на содержанок и любовниц, а не на собственных детей.
Он не знал ничего о нас. Где мы учимся, как проводим время, с кем общаемся. Да что там! Он не знал, когда у нас дни рождения и постоянно забывал не только поздравить, но и просто прийти на торжественный ужин. Дориан никогда нас не любил! Никогда. Если ты еще был ему нужен, чтобы передать дела, то меня для него вовсе не существовало!
– Однако деньгами он тебя никогда не обижал…
– Правильнее сказать – откупался, чтобы я побыстрее убралась с его глаз! Даже Эду заплатил, погасил все его долги, лишь бы выдать меня замуж и забыть о существовании дочери.
– Ты была влюблена в Эда, поэтому…
– Папочка его для меня купил, как очередную игрушку! – перебила Тьянмира. – И выдал за него замуж! Только ничего не сказал о его долгах. А я ведь была уверена, что муж искренне меня любит. И пусть виконт ниже графа, но я пошла за него. Согласилась на это. Только чувства Эда оказались купленными. И кого я за это должна благодарить?! А?
Ого. Нет, ого-го! Вот этого я не знала.
Хотя, если характер у дочки Дориана всегда был таким, неудивительно, что желающих жениться на ней просто так, а не за деньги, не наблюдалось.
– Отец любил так, как мог, – со вздохом сказал Людвиг. – Старался сделать нас счастливыми с помощью денег.
– Любил он, – с горьким сарказмом усмехнулась Тьянмира. – Да я была уверена, что он не способен на это чувство! А тут появилась эта овца с печальным взглядом, и он начал вертеться вокруг нее.
