— Черный китаец, — охранник наклонил сотовый так, чтобы показать марку и модель машины Артура, потом продиктовал номера.
Макаров опустил окно до упора. Холодный ветер немного успокаивал злость, как детская доза анестезии. Не хватало, чтобы отпустило, но дышать становилось легче. Он нырнул в поворот, на который показал Игорь, и придавил педаль тормоза. Нужно не лететь, а смотреть по сторонам. Это патрулирование, а не гонка.
— Ему кто-то помогает, — произнес Макаров, выныривая из своих мыслей. — Не может обычный программист обвести вокруг пальца целую службу безопасности.
— Не может, — отозвался Игорь. — Он даже машину нашел идеальную. Неприметный темный седан, который зарегистрирован на левого парня.
— Уже пробили?
— Да, вот скинули данные.
— Я могу поверить, что он сам умудрился вскрыть ее квартиру и разбросать там цветы, но сегодня… это совсем другое. Кто-то узнал о нем и использовал в своих целях.
Глава 20
Вдруг становится очень много света.
Я двигаюсь и просыпаюсь от своего же движения. Понимаю, что лежу на чем-то мягком и гладком… Я провожу рукой, еще не до конца, осознавая, что происходит, и чувствую шелк.
Я лежу на шелковой простыне, под головой подушка, а где-то в ногах сбилось теплое одеяло.
Черт!
Вспышка озаряет память. Я припоминаю, что вчера меня похитил Артур. Он не дал мне и слова сказать в лифте, сдавил руками, а потом протянул к лицу тряпку, от которой резко пахло химикатами.
После только чернота.
Ничего не помню.
И вот вокруг светлая комната. Я осторожно оглядываюсь по сторонам, стараясь не шуметь.
Да и тело еще ватное, тяжелое… Как будто не мое. А вот комнату даже можно назвать уютной. Только включены все лампочки, словно специально, чтобы я проснулась.
Интересно, сколько прошло времени?
Я оборачиваюсь и нахожу окно на противоположной стенке. Но толку ноль. Рольставни опущены и ничего невозможно понять.
Квартира это или дом?
Какой этаж?
Какая часть города?
— Ты проснулась, соня, — мужской голос наплывает на комнату мягкой волной.
Приторно-сладкой.
Я сжимаю простыню между пальцами, чтобы хоть куда-то деть эмоции. Дергаться боюсь. Резкие движения сейчас ни к чему. Я продолжаю лежать и лишь поворачиваю голову к Артуру. Он входит в комнату с подносом с золотыми ручками.
У него совершенно довольное счастливое лицо. Он смотрит на меня с улыбкой и как будто ждет, что я что-то скажу. Я же медлю, мне бы лучше послушать его и побыстрее понять, в каком он состоянии.
Но то, что он окончательно перешел черту — уже ясно.
