Вернее одна ведунья, на всю Туарию. Резерв у нее имеется, но она больше, как проводник работает. Черпает из окружающего мира, копит, а потом передает куда надо. Она так делары чинила. И да, у нее все, как обычно…
— Поесть, поспать, — ответила за него, — и, если надо, подлечиться.
— Да. Еще она землю любит живую. Воду, воздух. Природница, чистой воды, — продолжал Хельм, — еще существуют феи. Ну эти вообще народ странный. Палочками своими машут, какие-то схемы воплощения желаний выстраивают.
Высшие материи и все дела. Могут почти все — хоть огонь наколдовать, хоть воду, хоть фиолетовый глаз единорога в шоколадной глазури, но только для других. Могут даже здоровье поправить, но крайне редко, потому что ничего в этом не смыслят. Резерв есть, причем растет с каждым выполненным желанием, но без волшебной палочки он бесполезен. Восстанавливаются как все.
— А целители?
— Здесь все понятно. Целители обладают колоссальными запасами энергии, потому что лечить сложно.
Очень сложно. Сильный целитель может с того света вытащить. Себя могут лечить, но делают это неохотно, потому что если сам на себя замкнешься, то потом отходить долго будешь. Поэтому тоже едят, спят, прибегают к услугам других целителей. И да, чем больше лечат, тем сильнее становятся.
Сколько информации. Не запутаться бы.
— Ну и, наконец, джинны. У нас две ипостаси. Обычная, — он повел рукой вдоль себя, — и боевая. Ты уже видела.
— Это когда ты большой и страшный? — вспомнила его появление, когда на меня напали черные твари.
Тогда он мне показался чуть ли не страшнее их всех вместе взятых.
— Она самая. В боевой ипостаси мы быстрее, сильнее, выносливее. Это плюс. Зато с резервом у нас беда. Его почти нет. Это минус.
— Как же вы исполняете чужие желания? — изумилась я. Мне казалось, что джинны только этим и занимаются.
— Через силу и с большой неохотой. Да еще по возможности так, чтобы у того, кто желал, напрочь отбило желание повторять подобное.
— Я думала, вы всемогущи…
— Может быть, но за все нужно платить. А нам приходится платить своей душой.
— Как? — прошептала я.
— Вот так, — Хельм дернул плечами, — и чем сильнее магия, чем сложнее желание, тем выше плата. Не смотри так испуганно. Это правильно. Джинны далеко не добродушные заботливые феечки. Если бы мы могли делать что угодно, не расплачиваясь самым ценным, то мир давно был бы в руинах.
