Любой перекос в ту или иную сторону — это плохо, поэтому у каждой магической расы есть свои преимущества и свои слабости. Есть предел, который переступать нельзя.
Я молчала, переваривая полученную информацию. Все так сложно, но безумно интересно. Я, прожившая всю жизнь, в захудалой деревеньке, будто прикоснулась к другому миру. Таинственному, непонятному, полному опасностей и чудес.
— Теперь понимаешь, почему на кухне я все делаю сам? Не хочется платить за кастрюльки теми крохами, что у меня есть.
Хотя иногда соблазн возникает. Но я лучше тебе еще одно платье сделаю, — подмигнул он, и мне стало так приятно и волнительно, что по щекам вновь побежал багрянец.
— Возьми меня завтра с собой! — внезапно выпалила я.
— Зачем? — темные глаза подозрительно прищурились.
— Я помогу.
— Вот еще. Я тебя сюда привел не для того, чтобы ты за меня повинность отбывала.
— Пожалуйста, Хельм! — взмолилась я, — Мне хочется быть полезной для лагеря, но я ничего не умею. Ни колдовать, ни сражаться, ни лечить.
Так что хоть посуду помою!
— Киара…
— Что? Я не могу все время сидеть, сложив руки! Здесь все делают то, что в их силах. Так почему я должна стоять в стороне? В лагере нет места для бесполезных людей. Ты же знаешь!
Джинн прошелся по мне долгим оценивающим взглядом. Я уже думала, что он откажет, но он кивнул и тихо сказал:
— Хорошо. Пусть будет по-твоему. В лагере действительно нет места бесполезным людям.
От радости я захлопала в ладоши и запрыгала как маленькая.
— Вот чудная. Рада, что кастрюли скоблить придется? — недоумевал он, наблюдая за мной.
А я радовалась вовсе не поэтому…
Я действительно хотела помочь, но еще больше мне хотелось проводить день вместе с ним, а не сидеть взаперти, ожидая возвращения.
Глава 7
— Подъем, — скомандовал Хельм, вытряхивая меня из уютного сна, — если хочешь идти со мной, то вставай прямо сейчас, иначе…
Что там иначе, было неважно, потому что я уже вскочила на ноги. Привычка подниматься, едва услышишь грозное слово, намертво въелась под кожу.
Бабка очень не любила, когда я долго спала, поэтому поднимала меня ни свет, ни заря, отправляла делать дела, а сама снова заваливалась спать. Если я не откликалась на первый призыв, она брала воду и выливала ее мне на голову. Или приносила снега. Или рвала крапиву и засовывала ее мне под одеяло. Все зависело от погоды, времени года и ее настроения… Да уж, повезло с родственниками.
