Смерть может танцевать 6

Да и откуда мне было знать, как вообще работает оружие, судя по миру вокруг, даже пороха ещё не изобрели. Но я знаю и о нём, и о других вещах. Машины, огромные небоскрёбы из стекла и бетона, самолёты, что могут преодолеть скорость звука. Откуда всё это? Кто я, где нахожусь и как вообще сюда попал? Я точно чужероден этому миру, мне здесь не место.

Внезапно, когда я в очередной раз оказался на границе между явью и сном, моё зрение дало сбой, я вдруг увидел всё, что происходит вокруг, но как-то иначе. Будто мир пронзают миллиарды сосудов, которые питают его жизненной силой.

Из них соткано всё: земля под ногами, редкие колючки, что торчат в песках по обочине, люди, воздух. Но я не придал этому никакого значения, списав лишь на сонный бред. Я пытался вернуть образ плачущей девушки, но он будто хитрый, шустрый зверёк, постоянно ускользал от меня.

Внезапно караван замер, и я окончательно проснулся, открыл глаза и осмотрелся. Огромная каменная крепостная стена была первой, что я увидел.

Идеально подогнанные блоки, уложены без единой капли раствора. И вид этой великолепной конструкции нисколько меня не удивил, хотя должен был. Стена показалась очень привычной, я кажется, даже знал, что меня ждёт по её другую сторону. Там не менее великолепный каменный город, с резными фасадами и невероятной чистотой улиц.

— Вылезай, мать твою! — раздался громкий крик у самого уха, а в дополнение к нему в рёбра больно ткнулось древко копья.

Я вынырнул из раздумий и понял, что остался один в клетке, все остальные уже выстроились в ряд подле неё.

Их ошейники скрепили общей цепью, видимо, чтобы вереница не разбрелась и не потерялась в толпе. Потому как о побеге, никто даже не помышлял, и это было видно по покорным взглядам.

Вскоре процессия сдвинулась с места и через какое-то время мы пришли на рабский рынок. Здесь не нужно быть гением, чтобы это понять. Нас окружали точно такие вереницы из закованных в цепи людей. У некоторых на руках имелись деревянные коло́дки, видимо, их считали опасными.

И снова не совсем понятно, почему их взор тоже не выражал покорность.

Только чуть позже я понял, в чём дело, это был простой рекламный ход. В тот момент мимо стройных человеческих рядов прогуливался некий господин. И все наперебой бросились расхваливать свой товар, в том числе и хозяин рабов с коло́дками.

— Господин Дарий, уверяю вас, это самые опасные бойцы во всей Эллодии… — эмоционально доказывал хозяин.