Смерть может танцевать 6

Вот только господин Дарий безразличным взглядом окинул перевитые сухими мышцами тела этих бойцов и двинулся дальше. Он как раз проходил мимо нас, когда я с любопытством рассматривал его и наши глаза встретились. Похоже, что его это как-то задело, он замер, слегка прищурился и подошёл сразу ко мне, вот только тут же перевёл взгляд на беззубого.

— Сколько? — спокойно спросил он.

— Пять золотых, — не моргнув глазом, ответил тот.

— Ясно, — тихо кивнул Дарий и сделал вид, что собирается уходить.

— Я имел в виду три, три золотых, — поспешил поправиться продавец.

Дарий вновь вернулся ко мне, окинул скучающим взглядом мою фигуру и наши глаза вновь встретились.

— А ты дерзкий, — ухмыльнулся он, явно обращаясь ко мне. — Мало кто из рабов осмеливается так пристально смотреть в глаза господам. За такое могут выпороть.

— Прикажете высечь его, господин? — тут же подсуетился беззубый.

— Два золотых, — не отрывая от меня взгляда, озвучил цену Дарий.

И только торговец хотел согласиться, как непонятно откуда появился какой-то тип в одеянии средневекового монаха.

— Я дам за него пять, — спокойно произнёс тот, и Дарий удивлённо обернулся.

Мне показалось, что господин слегка вздрогнул, когда увидел того, кто посмел перебить его цену. Но всё же с самообладанием у него был полный порядок. Он сделал вид, что задумался и слегка усмехнулся.

— Десять, — вдруг резко повысил цену Дарий.

— Даже не знаю, — покачал головой в ответ тот. — Если сами шаманы готовы выкупить этого раба, думаю, за него стоит поторговаться.

— Не глупи, Дарий, — спокойно отреагировал шаман. — Ты всё равно не сможешь меня перебить.

— Зато знатно выпотрошу твои карманы, — усмехнулся тот. — Двадцать золотых.

Торговец смотрел на происходящее широко раскрытыми глазами, а на лице блуждала алчная улыбка.

— Я дам пятьдесят, — совершенно без эмоций поднял ставки шаман.

— Сто, — продолжая ухмыляться, озвучил Дарий.

— Три сотни золотом и если ты поднимешь ещё хоть на один, я заставлю тебя опустошить твой кошель, но раба всё равно заберу.

— Он твой, — продолжая улыбаться, поклонился Дарий и спокойно пошёл дальше.

Торговец трясущимися руками едва справился с замком на цепи и высвободил меня из общего строя. Затем судорожно несколько раз облизал пересохшие губы и вытянул руку вперёд.

— Триста золотых, господин, — добавил он дрогнувшим голосом.

— Здесь сотня и это на девяносто восемь больше, чем ты собирался за него выручить, — сухо ответил тот и бросил кожаный кошель в ладонь беззубого.