Смола

И хоть путь был недолгий – всего лишь перебраться через перешеек, Роальд будто бы собирался в большое путешествие.

С Йенсом они едва были знакомы, и Роальд сомневался, что тот его вообще узнает. Опять же, нельзя ехать в гости без видимой причины. Можно, конечно, сказать все как есть: что ночью Роальд увидел мальчика, бегущего на Ховедет, и хотел спросить, не знают ли Йенс с Марией что-то об этом. Может, у них дома тоже что-то украли.

Нет, все-таки он не хотел вот так просто называть мальчика вором.

Вдруг он таким образом ему навредит. У этого ребенка, кем бы он ни был, наверняка и так множество проблем. Да и стоить ли вообще упоминать ребенка при Йенсе и Марии.

Может быть, стоит пригласить их в трактир? А заодно как бы невзначай поинтересоваться, случались у них кражи. Но о ребенке ничего не говорить. Нет, это слишком далеко от сути дела. Очевидно, что Хордеров социальная жизнь острова мало интересовала. При старом хозяине Йенс иногда заглядывал в трактир. Но вряд ли они сидели вместе в баре, встречались на вечере дартса, отмечали праздник лета или Рождество.

И только то, что дядя Роальда как-то раз заехал к Йенсу в мастерскую, не было достаточным поводом для того, чтобы надеть выходную рубашку и выпить вместе по кружке пива. Роальд даже не был уверен, что Йенс вообще пьет пиво. Да и есть ли у него выходная рубашка?

Так что же ему придумать?

Собака! Как-то раз в трактире Роальд обмолвился, что хотел бы завести собаку, но в то же время не уверен, что справится с такой ответственностью.

На что парочка, Ларс и Взбучка, которые заходили посмотреть футбол, сказали, что он может иногда гулять с их охотничьей собакой.

Ларс страдал от подагры и с трудом ходил, а его жена всегда была очень раздражительной. Про таких обычно говорят: «излишне эмоциональная». После того как она влепила почтальону пощечину за то, что тот принес ей письмо из банка с суммой задолженности, их с мужем стали называли «Ларс и Взбучка».

Все знали о ее проблемах с алкоголем, но никто это не обсуждал. Во всяком случае, при Ларсе.

У них была немецкая жесткошерстная легавая по кличке Ида. Она была похожа на пожилого джентльмена с бородой, несмотря на пятилетний возраст, и такая же эмоциональная, как хозяйка.

Вместе с тем Ида с бородкой была очень ласковой и сильной собакой. Ларс и Взбучка попросили Роальда спускать ее с поводка, только когда они сойдут с асфальтной дороги.