Мне совсем не казалось, что мама как-то пренебрегает мною.
– Пока ты мне не сказала, я даже не думала ни о чём подобном, – заверяю я её. – И конечно, буду очень рада видеть тебя у нас с Денисом дома.
В этот момент мне на телефон вновь приходит сообщение от мужа. Пока читаю его, с уст не сходит довольная улыбка. Мама замечает её тоже и уточняет:
– Дэн?
– Угу, – киваю и печатаю ответ."
"Вроде бы не обсуждаем ничего эдакого. Обычная беседа, можно даже сказать, ни о чём. Но мне иной и не нужно. Если бы муж заговорил о болезненных темах, я бы просто закрылась снова и сразу же прекратила своеобразное срывание бинта с незажившей раны.
– А почему он за тобой не приехал сам? – задаёт мама тот вопрос, на который я и сама не знаю ответа.
Точнее, мне кажется, что всё довольно неоднозначно. С одной стороны – я вроде как придумала себе, что сделаю мужу сюрприз. С другой – мне уже хочется точно понять, смогу ли я доверять Денису впредь. Могу ли верить его словам. Ведь если приеду сейчас домой, а окажется, что Дэн, например, не придёт ночевать, уверенный, что я в клинике, то всё станет понятно.
Хотя, конечно, такие «проверки» унизительны в первую очередь для меня самой.
– Мы с сыном решили его обрадовать неожиданно.
Отложив телефон, продолжаю паковать сумку. И ловлю на себе взгляд мамы.
– Ты так уверена, что будет мальчик? Вроде, судя по сроку, пока не должны были сказать пол настолько точно.
Мне на память вновь приходят слова Марьи Тимофеевны. Чем больше времени проходит с этого «гадания», тем сильнее уверяюсь в том, что она мне сказала.
– Да, уверена, – киваю, застёгивая «молнию».
А ещё уверена в том, что всё так или иначе случится лучшим для меня образом. И что те люди, которых в моей судьбе быть не должно, действительно исчезнут.
– Тогда, если готова, поехали? – уточняет мама, забирая у меня сумку.
– Поехали, – соглашаюсь с ней, и мы покидаем палату, стены которой уже надоели до чёртиков.
В квартиру я захожу с ускорившим свой бег неспокойным сердцем. Вроде для тревог нет никаких видимых причин.
Так думаю, пока мой взгляд не натыкается… на пару женских туфель, стоящих в прихожей. Становится нехорошо, а перед глазами вспыхивают яркие, режущие до боли пятна.
Душа устремляется куда-то вниз. Хочется развернуться и совершенно позорно сбежать, но мне навстречу уже выходит растерянный и удивлённый Денис.
– Настя? Почему ты мне не сказала, что приедешь? – задаёт он тот вопрос, от которого на глазах сами по себе выступают злые слёзы.
