Сначала было весело

От прилива крови к голове перед глазами заплясали кровавые зайчики.

Выпрямившись, замираю. Кровообращение должно прийти в норму быстро, и голова перестанет кружиться.

Просунув в двери голову, стоит и таращит на меня глаза Вольдемар. Тот парень, который заманил в засаду. На нем все тот же экстравагантный наряд. Разве что шляпу где-то оставил.

Взгляд парня направлен отнюдь не на мое лицо.

Халат от акробатических упражнений задрался до пояса, и Вольдемар без зазрения совести изучает открывшуюся картину.

Вспыхнув, одергиваю халат.

Шарю в поисках отсутствующего пояса.

Возмущенный вопль застревает в горле. Я не в том положении, чтобы демонстрировать характер.

Поняв, что замечен, парень поспешно захлопывает дверь.

В дальнем углу неопределенно хмыкает Мордоворот.

– Сынок Великой Екатерины, – поясняет напарница, не прерывая работу.

Возвращаюсь к уборке, стараясь следить за халатом. То, что вчера карлик сделал с Нинкой… нельзя давать этим страшным людям повод, нельзя провоцировать. И хотя сестра по несчастью считает здоровяка неопасным, рисковать не стоит.

Мало ли что в ее понятии «посговорчивее».

Вероятность того, что у поджидающего вас за углом незнакомца в руках будет букет роз, существует, но…

10. Медицинское обследование

Вместо ужина меня с Нинкой и Федей строят гуськом в коридоре, завязывают глаза повязками и гонят нескончаемым лабиринтом, не объяснив ни слова. Почему-то возникает уверенность, что сейчас я и узнаю, что такое местная оргия. В вероятность того, что нас отпустят, не верится.

А о худшем и думать не хочется.

Даже с незавязанными глазами этот путь занял бы много времени, а уж с повязками-то… Час, а то и все два, не меньше.

Наконец низкорослый садист велит остановиться.

Рядом кто-то кашляет.

Если бы на ногах были тапочки – выпрыгнула бы из них.

– Залезаем по одному, – как-то спокойно приказывает карлик.

Я чувствую жесткую хватку на локте. Рывок. Толчок между лопатками, больше похожий на удар. И я лечу, распластав руки, словно орел, что парит в поднебесье.

Ощипанный такой орел. Полет закончился быстро – и пискнуть не успела. И на удивление мягко. Рядом, огрев локтем по голове, растягивается Нинка. А несколькими мгновениями позже и с другой стороны опускается тело.

– Не вздумайте повязки трогать – убью, – едва слышно бросает Господин Кнут. Хлопает закрывшаяся дверь – именно эту ассоциацию без раздумий выдает мозг.

Зарычал, чихнул и затарахтел двигатель. Рывок и покачивание. Нас везут.