Сейчас какой-нибудь херни подкинет обязательно. Мы с Шаманом понимающе переглядываемся.
— До Нового года остается все меньше времени. В нашем районе разрастаются ёлочные базары…
— Нет, Стас, — кривится Шаман. — Пусть пэпсы этим занимаются.
— Вас «вежливо», — указывает пальцем в потолок, — попросили помочь коллегам, раз вы такие молодцы и по вашей части у нас везде порядок.
— Я понял, — усмехаюсь, — надо просто работать хуже.
— Ты это мне брось… опер Дениска, — ржет Стас. Шаман подхватывает, а я раздраженно закатываю глаза.
— Не надо мне статистику по отделу портить. Погуляете, воздухом подышите. Хорошо там, — ёжится и ведет плечами.
Дверь распахивается и ударяется о стену.
— Чёрт! — вырывается у Коновалова.
Вспомни говно… а точнее начальника пэпсов.
Ублюдок убивает меня быстрым косым взглядом. Кривится, получив в ответ лишь ухмылку и ответный многообещающий взгляд.
— Стас, что за беспредел они опять устроили? — начинает с наезда. А жаловаться не хорошо. Стукачи, как известно, долго не живут.
— Поясни? — лицо Стаса искажается недовольством. Коновал достал тут не только меня. Борзая тварь.
Подпол бахает на стол картонную папку.
— Девушка где?
— Тебе телефон подсказать, где сейчас девушку найти? Подешевле, подороже? — с невозмутимым лицом интересуется Стас.
— Ты… — давится словами и ведет плечами Коновалов. — Своих прикрываешь, похвально. Но у меня протокол задержания вот есть, — вынимает из папки бумажку, — а Анастасии Сергеевны Новиковой нет. Ты ее операм отдал поиграться? Пусть на место возвращают.
Час у вас. Иначе я и до генерала Заболотного дойду.
— Коновалов… — пренебрежительно почти стонет наше начальство, но тоже многое не договаривает.
Они лишь сверлят друг друга взглядами, пока Стас медленно переваривает и стучит по столу пальцами.
— Анастасия Сергеевна Новикова. Снегурку перед комиссией из Главка играла. Очень убедительно, кстати. Была прощена и отпущена на свободу. Амнистия перед праздниками. Генерал остался доволен. Еще вопросы?
— Так и скажи, — шипит Коновалов, — капитана своего прикрываешь.
— А прикрывать, товарищ подполковник, — спрыгнув со стола, подхожу ближе и угрожающей тенью возвышаюсь над ним, — надо тех, кто хорошим девочкам в коридорах угрожает. Если что, у нас и свидетели есть.
Шаман часто кивает со своего места.
— Ну-ну, — кривит губы Коновал."
"— Всё? — громко спрашивает Стас. — Или у тебя, подполковник, еще вопросы к операм?
— Да пошли вы! — рявкает он.
