— Прямо сейчас ты забыл этот адрес, забыл про Настю. Понял меня?! — сильнее впечатываю Мишу рожей в снег и давлю коленом на спину, чтобы даже не пытался дёрнуться.
— Всё равно я найду на тебя управу, — булькает Миша и получает кулаком по роже. Отрубается.
Оставляю его полежать в сугробе, пока Макс вызывает наш служебный микрик и эвакуатор. Курим, ждём пацанов, прикалываемся друг над другом и над этим снежным оленем.
Как только тачка подъезжает, грузим тело и называем адрес доставки. Есть тут у нас одно заведение, как раз для таких недомужиков, как Миша.
За своего сойдёт, впечатлений наберётся. А тачка его едет на штрафстоянку ГИБДД. По личной просьбе Макса, «клиент» её не скоро сможет забрать.
— Морозов, я, конечно, знал, что ты зверь в гневе, — припоминая Коновалова, говорит Макс, — но не думал, что настолько. А если его там… — многозначительно играет бровями. — Изнасилуют? — гасит смешок в кулаке.
— Может, ему понравится? — улыбаюсь в ответ
— Мля, весёлое утро у мужика будет — веселится начальство.
Идём к своим, довольные оба, как черти, которых выпустили погулять из Адского пекла. Разрабатываем стратегию поимки оборзевшей Снегурки. Двигаемся в сторону торговых палаток, круглосуточно работающих перед праздниками.
Ночь уже, а народ всё суетится, докупая уютные мелочи и вкусняшки детям.
— Помогите! — раздаётся женский крик. — Помогите же!
Шаман с Илюхой оказываются ближе. Идут к пострадавшей, внимательно глядя по сторонам.
— Обокрали. Сволочи. Всё забрали! Всю зарплату вытащили… — плачет женщина.
— Только получила…
Парни пытаются её успокоить, а мы с Максом быстро осматриваемся. Замечаем празднично украшенный фургон, отъезжающий от обочины. Переглядываемся, понимая, что это наша дамочка нарисовалась.
Макс бежит к своей машине, я пересекаю заснеженный пятачок, достаю ствол и целюсь в колёса. Фургон петляет. Упав на колено, с третьего раза попадаю в цель. Со свистящим звуком колесо начинает спускать. Задница тачки виляет ещё сильнее. Макс выскакивает вперёд и перекрывает движение, выставив борт своей машины как буфер.
Тихий удар, царапающий скрежет металла, отборный мат подбежавшего ко мне Шамана."
"Добегаем с ним до фургона. Выдёргиваем на улицу запутавшуюся в ремне безопасности Снегурку. Шаман срывает с неё парик, а там целый Снегурок с залысинами на висках и чёрной щетиной по линии челюсти. Ловко выкидывает руку в мою сторону. В ней блестит лезвие ножа.
— Ах ты ж, сука! — отскакиваю, уходя от возможного ранения.
