Снесу крышу. Дорого

— А? — до Даши дошло, что она слишком долго и слишком откровенно пялится на обнаженный торс начальника.

— Говорю: оказывается, вы не чужды гостеприимству, — искривив губы легкой насмешкой, продолжил Поляков.

— Знаете, Павел Константинович, говорят, незваный гость хуже татарина, не сочтите за межкультурную нетолерантность.

— Не чужды. Но и похвастать им не можете.

— Я вообще ничем похвастаться не могу, — возразила Даша, оттесняя полураздетого Кощея от прохода и забрасывая в корзину для грязного белья свою одежду.

Затем подняла с пола его одежду, окончательно убедившись, что он в белье.

Будто это что-то решало.

— Слишком скромная от природы, — продолжила Даша. — Вы не ответили на вопрос: варить или нет?

— То, что вы предлагаете мне что-то, серьезнее сушек, я рассматриваю как положительную динамику в отношениях, — он произнес таким тоном, будто эти «отношения» были. — Но пельмени — не та еда, которую я бы хотел.

— Может, я бы тоже хотела омара в яблоках под соусом бешамель, — буркнула Дарья. — Но омара в холодильник не завезли.

— Вот незадача. Поехали ко мне?

Даша чуть не присела от перехода темы.

— У вас дома есть омары? — уточнила она.

— Нет, но есть еда. Семга отличная, — уговаривал он.

— Павел Константинович, давайте я вам быстро брюки зашью, и вы поедете домой, к лососям. А я быстро пельменями перекушу — и спать.

— Умеете вы комплиментом почву из-под ног выбить, — начальник вжался в дверной косяк, пропуская Дашу из ванной. — Значит, вам со мною хочется спать?

— Нет, мне хочется спать без вас.

— Ладно, если домой не получается, — невозмутимо отъехал Поляков, — я сюда заказ сделаю. И пока мы будем ждать, вы, Дарья Владиславовна, будете исцелять героя, себя не пожалевшего ради вашего спасения.

— Это ваше облагораживающее влияние, — заметил босс и потопал в прихожую, оставляя мокрые следы на линолеуме. За телефоном.

Интересно, он вообще осознает, что уже третий день подряд питается у нее дома? Своими продуктами. Это типа добровольческая акция: «Накорми зимующих птиц»?

И Даша пошла доставать аптечку.

Три белых коня, на которых выезжает женский пикап, это Таинственность, Беспомощность и Адреналин. А управляет этой бешеной тройкой ямщик Недоступность. Таинственность возбуждает любопытство. Беспомощность подкармливает Чувство Собственного Величия жертвы. Хотя кормить ЧСВ Кощея — только портить. Оно и так… отожрано так, что в двери не пролезает. Адреналин… Адреналин раскачивает влечение.