Снесу крышу. Дорого

Она открыла рот, силясь произнести звук, но получилось не сразу.

— О-он сам так и сказал?

— Про «вкруговую» — мои предположения. Но должен же он приятелям доказать, что ты — прах у его ног. А остальное — да, сказал.

— А я тебе говорю: нечего одной из дома добираться. И домой. И вообще, лучше тебе ночевать со мною.

Не, а сколько можно ходить вокруг да около?

— Х-хорошо. Я п-поняла. Я уберу, да? — она показала на стол.

— Да, пожалуйста. И продолжаем работать!

После разговора девчонка стала тиха и послушна как шелковая.

Эта податливость, готовность подчиняться, проскакивающая в неуловимых деталях, пьянила. Кощей понимал, что, по сути, давит на нее. И может даже, принуждает. Но… чёрт, это было так крышесносно. Контраст между холодной, отстраненной помощницей, и этой послушной Дарьей пробивал молнией по паху. И она же не возражала вчера. И вообще заигрывала всячески. Он просто помогает ей определиться с решением. Принимать решения — это мужское дело. А девушки должны радоваться жизни. Нужно всего лишь позволить мужчине это делать: принимать решения и радовать.

Рабочее время закончилось.

Ушли Рыжая и Богдан, выполнив свой фронт работ. А Паша всё еще держал свою невольницу. За окном стало смеркаться. Поляков включил верхний свет.

— Можно, я кофе себе возьму? — обратилась к нему Дарья.

— Сходи. Мне тоже сделай.

— Нет, я вниз хотела. В кофейню. Они через десять минут закрываются.

— Ну поехали вниз, — согласился Кощей и поднялся, натягивая пиджак.

Его тоже достало сидеть, но оставалось совсем немного.

— Я… — пискнула Дарья, но сразу утихла.

Нравилась Паше эта новая Дарья.

Он даже внезапно проникся исламскими мотивами. Забавно, но раньше эта тема его так не вставляла. Он пытался играть в подобные игры в постели. Но они были именно играми. Дарья же вела себя не так, словно ее принуждают, а… будто она действительно сейчас сделает всё, что он захочет. Просто потому что он велит. И от этого сердце стучало в висках.

Они шли по пустому коридору, и особенно остро ощущалось, что в офисе никого нет.

Только он и она. Вдвоем.

Площадка перед лифтом освещалась из коридора этажа. Дарья нажала на кнопку вызова. Паша подошел почти вплотную, ощущая тепло ее тела. Кабинка подъехала сразу: кому нужен лифт в офисном крыле после восьми вечера?

Дарья вошла и встала к окну лицом. Сейчас, когда снаружи было сумрачно, оно, как зеркало, отражало ее и его — за ее спиной.

— Ничего не видно, — пожаловалась Даша.

И он нажал кнопку остановки лифта.