Снесу крышу. Дорого

Пусть, суки, обкончаются от зависти!

Продолжая придерживать и ласкать ее спереди, он отстегнул пряжку замка, расстегнул пуговицу и молнию. Развел ноги чуть пошире, чтобы брюки не сползли и высота для проникновения была подходящей, и выпустил член из боксеров. Яйца на мгновение свело от это нежданной свободы. Паша ткнулся в тканевую преграду в качестве последнего предупреждения. Если бы она сейчас возмутилась, он бы остановился.

Наверняка остановился.

Но, к счастью, проверять Полякова на прочность нравственных ценностей никто не собирался.

Дарья поерзала по ткнувшемуся между ног обнаженному стволу. Никто снизу не разглядит. Что там можно разглядеть с такой высоты в таком сумраке? Но Пашу всё равно накрыло.

Кощей вынул из кармана «счастливый» презерватив, сдал назад, чтобы его натянуть, и ткнулся вновь. Теперь уже ничто не могло затормозить. Первобытные потребности, близость желаемого, податливость, покорность жертвы — всё это снесло последнюю шелуху цивилизованности с его желания.

Он сдвинул с сочащихся складок полоску стрингов и вошел. Может, грубо, может, резко. Одной рукой удерживая девчонку за бедра, другой — наклоняя вперед, вжимая в стекло лицом. Проникая в восхитительный, гостеприимный жар. Толкаясь твердым членом вдоль мягкой верхней стенки.

Паша зашипел сквозь зубы.

Он ступил назад, прогибая Дарью сильнее, ниже, вбиваясь «молотом Гора». И с каждый ударом остатки мозга расплескивались искрами — через глаза, уши, ноздри. Ощущая приближение разрядки, Паша замер.

Ну вынимая, он потянул Дашу за волосы, вынуждая прогибаться, но подняться выше. Поставил ее руки упором в перила. Сжав зубы, скрутил пальцами соски, вызывая всхлип. Ее бедра сжались, отвечая на грубую, болезненную ласку. Паша ткнулся чуть-чуть, входя-выходя распухшей головкой. Еле сдерживаясь, но упорно лаская грудь девчонки, заставляя ее сводить бедра и двигаться ему навстречу. Ее дыхание становилось всё более рваным и все менее отличимым от стонов. Она, казалось, пыталась вырваться из его рук и отдавалась ему одновременно.

Наконец она коротко вскрикнула. Второй раз. Третий. Член свела судорога ее мышц, и она прохрипела в экстазе. Быстрыми, мощными толчками Паша догнался.

Оргазм заполнил его без остатка, выплескиваясь горячей спермой в презерватив и искрами из глаз.

Тяжело дыша, он привалился грудью к Дарье и уткнулся лбом в холодное стекло.

Приходя в себя, он поглаживал ее ногтями по гладким бедрам.