Снесу крышу. Дорого

А вкупе с ярким макияжем позволяла меняться до неузнаваемости. Дарья научилась использовать всё, что ей дала природа. Но сейчас ей требовалось больше. Над этим следовало поработать.

Она уложила волосы феном, нанесла на лицо сыворотку и крем, наложила мягкий вечерний макияж под искусственное освещение. Покрутилась перед зеркалом в ванной. Если присмотреться, не всё так плохо. Глазки выразительные. Носик аккуратный. Губы хорошей формы. Сапожки на ногах смягчили резкие контуры «мослов». Свободная кофточка маскировала нехватку груди, зато заострившиеся от контакта с тканью соски выдавали, что она есть и на правильном месте.

Даша надела на голову капюшон с повисшими овечьими ушками, поделала ручками вправо-влево, и покрутила «хвостиком», как в клипе про зоофила-эстета.

И тут в квартиру настойчиво позвонили.

Кого принесла нелегкая в такой час?

Она набрала побольше воздуха в легкие, выдохнула и, приоткрыв дверь, высунула голову в подъезд:

— О! Павел Константинович? — «удивилась» она. — Вы что-то забыли?

Поляков окинул недовольным взглядом лицо Даши и дернул дверь на себя.

Так, что Несветаева вылетела следом и что-нибудь еще себе разбила, если бы ее не подхватила крепкая мужская лапа.

— Что же вы, Дарья Владиславовна, всё время упасть норовите? — заявил Кощей и внес ее в ее же квартиру, перехватив на уровне талии. Одной правой. Левой он как раз дверь на себя рванул.

— Что же вы, Павел Константинович, такой резкий, — Даша вывернулась из его медвежьей хватки. — С дверями-то.

— Почему вы не отвечаете на звонки? — проигнорировал ее слова Поляков, снимая пальто, разуваясь и сходу заглядывая в ванную, туалет и на кухню.

Удовлетворившись беглым осмотром, он шагнул в комнату.

— В шкафу еще не проверили. И на балконе, — подсказала Дарья.

— В смысле? — уточнил шеф, впившись взглядом в балконную дверь.

— Не знаю, кого вы ищите, но больше им спрятаться негде.

— Им? — Кощей бросил на нее быстрый заинтригованный взгляд.

Потом повернулся и осмотрел более тщательно. Каждый сантиметр голой кожи просканировал.

Волоски на теле у Даши мгновенно поднялись от «гусиной кожи». Чертовы соски свело, и они проступили острыми вершинками сквозь ткань. Разумеется, этот факт тоже не миновал внимания Полякова. Вот влипла так влипла…

Человек-гора (хмурая гора) расставил ноги для устойчивости и сложил руки на груди для солидности.

— Вы кого-то ждете, Дарья Владиславовна? — поинтересовался он.

— Нет, ваше появление для меня — полная неожиданность.