Снесу крышу. Дорого

Раньше вы хотя бы предупреждали о своем визите.

— Я нарушил ваши планы? — выразительно изогнул бровь шеф.

— Если вы про мирный вечер в тишине и одиночестве, то да, — призналась Даша.

— А макияж вы, прошу прощения, обновили для тишины или одиночества?

— Павел Константинович, вам не кажется, что мой рабочий день уже закончился? — Дарья попыталась придать своим словам серьезность, но чертовы ноющие соски очень отвлекали.

— У вас производственная травма. Вы не берете телефон. Я надумал уже черте что. Вдруг вы сознание потеряли? По голове от меня вам тоже досталось.

На эти в высшей степени разумные слова Павел Константинович уселся на диван и стал шарить по нему в поисках пульта от телевизора. Обнаружив его на тумбочке возле зомбоящика, он поднялся, взял его и нажал на кнопку включения.

— Мой долг проследить за вашим самочувствием, — сообщил он, вдумчиво переключая каналы. — Что у нас на ужин?

Человек-гора, по совместительству — человек-туча, сидел с непоколебимым видом. В смысле, всем своим видом демонстрируя, что его с места не сдвинешь.

Кощей явно сделал вывод, что она ждет хахаля, и решил сторожить поляну. Дашу очень интересовало, как долго он намерен охранять территорию и сражаться с воображаемыми соперниками. И ведь не объяснишь же, зачем ей эти танцы с бубнами и боевой раскраской.

— У нас на ужин рожки, — спокойно ответила Даша, взывая к любви Полякова к вкусной и здоровой пище.

— С постным маслом, — бодро отрапортовала Дарья.

— Осталось еще немного овощей, которые вы привезли днем.

И фрукты.

— Рожки с постным маслом и фруктами — это инновационно, — выдал шеф после паузы. — Свежо, я бы сказал. Нестандартно.

— В морозилке еще половина суповой курицы лежит. Из тех, которые умерли своей смертью, — не удержалась Дарья от ответной любезности.

— Чем же вы гостей встречать собирались? — с укоризной в голосе поинтересовался Павел Константинович.

— Каких гостей? Тишина и одиночество обходятся чаем с сушками. А вы как-то со своим до этого приходили.

— То есть вы меня всё ждали? — тоном «ну вот ты и призналась, наконец, чего бояться-то было» спросил Кощей.

— Павел Константинович, вы — совершенно неожиданный человек. Я бы даже сказала, непредсказуемый.

— Звучит, будто не комплемент, — посетовал Поляков.

Иногда молчание красноречивей любых слов.

Она открыла холодильник и уставилась на полупустые полки. И закрыла его.

— Значит, на ужин будет чай с сушками, — подвела она итог.

Дарья выглянула в комнату.