Снежить

– Что? – спросил так тихо, что и сам себя не услышал, но Эрхан ответил:

Чтобы услышать, Веселов сдернул с головы и капюшон, и шапку, в уши тут же мертвой хваткой вцепился мороз. Жаль только, отмороженные уши будут бесполезной жертвой, потому что он так ничего и не услышал. Далеко ему, видать, до чутких северных народов.

– Где? – спросил он все так же шепотом и на всякий случай надел шапку.

– Близко. – Эрхан вскинул карабин. – Держись рядом.

Веселов снова прислушался, но не услышал ровным счетом ничего, кроме потрескивания снега под ногами.

А Эрхан уже двинулся вперед, поманил за собой. Сейчас еще, чего доброго, крикнет: «Беги!»

Волки стояли на размытой границе между светом и тьмой, серые тени на фоне полыхающего разноцветьем неба. Стая была большая, Веселов насчитал два десятка. Отчего-то подумалось, что их старый знакомец тоже здесь, притаился в темноте, щурит желтые глаза. А еще подумалось, что если волки решат напасть, ни он, ни Эрхан до жилого корпуса не добегут. Хана обоим…

Вот только Эрхан бежать не собирался, у Эрхана были свои планы и свои счеты.

Он прицелился и выстрелил. Одна из теней рухнула на снег, остальные бросились врассыпную, растворились в темноте. А могли ведь и напасть! Точно так же, как до этого напали на метеостанцию медведи.

– Или держись рядом, или возвращайся, – велел Эрхан, не оборачиваясь. Сам он уже двигался по направлению к лежащему на снегу медведю, тому самому, который едва не порвал Волчка и Тару, к самому большому.

Для Эрхана убитый медведь был законной добычей: мех, жир, клыки, когти. Думать об этом не хотелось, а вот посмотреть на хищника вблизи, наоборот, очень даже хотелось. Именно на этого хищника. Остальные, по крайней мере, те два, что вломились в жилой корпус, Веселова не впечатлили. Или он просто не успел впечатлиться, потому что Никодимыч сработал четко, и убитых зверей быстро перетащили из дома в сарай. Наверное, они тоже считались добычей. Может, Никодимыча, а может, общей.

Но вожака, самого сильного, самого страшного, Эрхан отдавать не собирался. Это было видно по его решительно сощуренным глазам, по нетерпению, с которым он стрелял в волчью стаю. Добыча! Побежденный в бою враг.

Очутившись рядом с медведем, Эрхан, кажется, позабыл об осторожности, даже по сторонам перестал смотреть. Веселов смотрел за двоих, но и на медведя тоже поглядывал. Он был не просто большой, а огромный. Когти длиннее его, Веселова, пальцев.