Снежный пепел

— Ну ладно, действительно, мы не настолько знакомы, чтобы ходить по кафе. Займусь уборкой тогда…

— Ты не поняла — ты едешь к дедушке, прямо сейчас. А я везу тебя. А в кафе потом сходим.

— Что? Саша, нет… это далеко, да и потом, как я доберусь обратно? Автобус через неделю будет только, — девчонка оживилась, заерзала в кресле, синие глазищи заискрили будто.

— Все хорошо, у меня тоже свободные дни. Поедем прямо сейчас, а обратно рано утром или поздно вечером. Через два дня. У тебя будет полноценных два дня на общение с дедом.

Глушу мотор, мы уже во дворе у Алены, а она все отбрыкивается.

— Это классно, конечно, но, для меня дорого…

— Обидеть хочешь? Кто тут о деньгах говорил? Хотя, я, наверное, поспешил, тебе не хочется, чтобы я тебя отвез, — делаю обиженное лицо и смотрю через лобовое стекло на балконы дома. Интересно, на каком этаже ее балкон?

— Не обижайся… просто мы только пару раз встретились в спортзале…

— Мы два года знакомы. Я тебя так и не смог забыть, — поворачиваюсь к девушке.

Мне так хочется рассказать ей, что чувствую, но боюсь спугнуть. — Может ты была просто наваждением, но не отпускаешь меня. И выжил только благодаря твоим глазам, они держали меня в этом мире. Все хотел найти тебя. И находил… вернее, ты сама всегда меня находила, нечаянно. И вот ты рядом. И я тебя больше не отпущу…

Аленка слушает молча, теребит вязаную шапку в руках, а я не могу понять, приятно ли ей слушать такое или сбежать хочет. Вдруг улыбается, смотрит в глаза мне.

— Ты ко мне сейчас в женихи набиваешься, Александр Романов?

— Ну почему… может, я тебе неинтересен как мужчина, тогда могу рядом быть как друг, помогать, поддерживать.

— Ты сейчас рассказал… будто то, что у меня. Я, когда на «скорой» работала, столько людей спасала, в каждую смену по несколько человек. Но ни один в душу не запал, только ты. Я все хотела отыскать тебя, чтобы узнать, выжил ли… а может просто, чтобы посмотреть на тебя. И когда встретились, то будто родной, с которым долго не виделись.

Вот как я не узнала тебя, когда к Ромке приезжала?

— Ну, в том борове сложно было узнать… я год депрессовал, нажрал себе лишний вес, теперь вот восстанавливать приходится.

Я не стал говорить, что встретил ее в клинике у кабинета моей матери, пока рано об этом. И о том, что знаю о ее диагнозе.

— Ты и тогда был привлекательным, — шепчет девчонка, рассматривая мое лицо, шапка забыта, свалилась к ногам. — Я все тогда думала, что есть что-то знакомое.