Зато: Алекс, Алекс!
— Так столько лет растить!
— Все равно разница чувствуется.
— Мам, может, домой поедешь? Костика возьмешь, — говорит та, которой лет тридцать пять. — Ему скучно в больнице, а сидеть еще долго, судя по всему.
— Останемся, — впервые подает голос мужчина. — Дай боже. вот-вот уже решится.
Они замолкают, я отворачиваюсь. Волосы стоят дыбом — зачем я это услышала?
Не проходит и часа, как заходит еще один человек. Николай, водитель. Я поднимаю ладонь, но он не замечает или не узнает, сразу идет к той семье.
— Ну что? — спрашивает.
— Тебя хотим спросить что.
— Да это кефир был! — разводит он руками. — Дядя Лёня сказал, кефир иногда показывает промилле. — Трет лоб, у него там синяк. — Сам ушибся. Я же не специально! Собака выбежала, пришлось вильнуть.
— Понятно, что не специально. — Женщина постарше прижимает ладонь к груди. — Но что теперь будет? Тебя прав лишат? На учет поставят?
— От Рафа зависит. Надо помолиться, чтобы легко отделался. Его нормально так тряхнуло. Поэтому… даже не знаю.
Столько крови было.
Руки дрожат.
— Коля, у тебя самого голова не кружится? — причитает старшая.
— Да мам! Он непристегнутый спал на заднем сиденье, вот и ударился. Я нормально. Кофе хочу. Дядя Лёня сейчас так орал, что ухо заложило.
В этот момент влетают еще трое: Слава, Борис и Олеся. Борис хватает Николая за плечи, встряхивает.
— Если Раф не очухается, я тебя, сученыш, живьем зарою!
Родственники Алекса вскакивают, начинается сумбур. Олеся кидается в середину и разнимает, ей помогают остальные.
Борис в бешенстве. Все кричат. Гнев раскаляет воздух, дышать невозможно."
"В этом бардаке никто не замечает женщину, которая застывает в дверях. Но ее лице смертельная бледность и уйма эмоций, но словно нет сил, чтобы сделать хоть что-то. Женщина просто смотрит округленными глазами. Русые волосы, аккуратное каре. Светло-голубые глаза. Она совсем не похожа на Алекса, но я понимаю сразу: это его приемная мама. Становится вдруг тепло-тепло на душе, словно она мне близкий человек, хотя мы не знакомы.
Потому что она искренне переживает.
Я поднимаюсь, подхожу.
— Здравствуйте. Извините… Меня зовут Ива, я здесь из-за Алекса. Я его подруга.
— Ива. О, приятно познакомиться. Вы в курсе, что происходит?
Качаю головой:
— Медики со мной не разговаривают.
Его мама выглядит удивленной, а я не могу остановиться. Плачу.
— Не уверена, но… Кажется, Алекс спал на заднем сиденье, когда машина попала в аварию. Николай был за рулем, у него только синяк на лбу.
