– Не совсем.
Постучав в переднюю дверь, отец Макреди замечает маленькую, как у эльфа, рожицу, высунувшуюся из окна. Слышится звук отпираемого замка, и дверь распахивается.
– Уже заживают, – говорит Вера, показывая священникам руки. – Глядите, теперь мне нужны только пластыри!
Отец Макреди присвистывает:
– Они у тебя с картинками! Супер!
Бросив взгляд на второго священника, Вера прячет руки за спину.
– Мне нельзя с вами разговаривать, – вдруг спохватывается она.
– Тогда, может, твоя мама с нами поговорит?
– Она наверху, душ принимает.
Рурк делает шаг вперед:
– Отец Макреди рассказал мне, как вы с ним хорошо побеседовали, когда ты лежала в больнице, и мне тоже очень захотелось с тобой познакомиться.
Отец Макреди видит, что Вера колеблется. Кто знает, может, эта пастырская психология и правда небесполезная вещь.
– Вера, твоя мама меня знает. Она точно не будет возражать.
– Вы, наверное, все-таки подождите, пока мама не спустится.
Рурк поворачивается к отцу Макреди:
– Ну тогда я просто не знаю, что мне делать со всеми теми играми, которые я привез.
Вера трет рукавом дверную ручку, отчего та начинает блестеть.
– Игры? – спрашивает она.
Выйдя из душа и вытирая голову полотенцем, я слышу внизу мужские голоса. От испуга у меня подводит живот.
– Вера! – кричу я, быстро одеваюсь и сбегаю по лестнице.
Моя дочь сидит на полу с отцом Макреди и еще одним священником, незнакомым. Держа в руке зеленый восковой мелок, она обводит ответы в какой-то анкете. Нетрудно догадаться, что это психологический тест.
Я стискиваю зубы и мысленно делаю заметку: надо позвонить в полицию и попросить, чтобы поставили патрульного-протестанта.
– Вера, я же говорила тебе не открывать дверь.
– Это я виноват, – вкрадчиво отвечает отец Макреди. – Я сказал ей, что вы не будете возражать. – Поколебавшись, он кивком указывает на своего коллегу. – Это отец Рурк из бостонской семинарии Святого Иоанна. Он приехал сюда специально, чтобы поговорить с Верой."
"От разочарования у меня вспыхивают щеки.
– Как вы могли! А я-то считала, вы на нашей стороне! – Отец Макреди открывает рот, чтобы извиниться, но я не даю ему ничего сказать. – Не пытайтесь придумать отговорку, которая все уладит. Такой отговорки не существует!
– Мэрайя, у меня не было выбора. Католическая церковь требует от меня соблюдения определенного порядка…
– Но мы не католики!
Отец Рурк тихо поднимается на ноги:
– Вы не католики. Но ваша дочь привлекла внимание католических верующих.
