– Почему? Уверен, та девочка, которая сейчас спит, со мной согласна, – говорит Иэн, прислоняясь к стене домика. – Я, наверное, должен перед вами извиниться еще и за то, что брякнул про хождение по воде. Я бы не сказал этого, если бы не разозлился.
– Знаете, – подумав, говорит Мэрайя, – я ведь не больше вашего хочу видеть в Вере какое-то подобие… мессии.
– А чего вы хотите?
Она глубоко вздыхает:
– Чтобы моя дочь была в безопасности. Чтобы была со мной."
"Ни Иэн, ни Мэрайя ничего не говорят, но им обоим думается, что эти два желания могут оказаться взаимоисключающими.
– Вера сейчас спит?
– Да. – Мэрайя бросает взгляд на дверь домика. – Заснула без проблем.
Иэн подтягивает одно колено к груди и обхватывает его руками. Мэрайя спрашивает себя, каким бы мог быть для них обоих этот момент, если бы они не столкнулись друг с другом на войне убеждений, а встретились в магазине, где он поднял бы оброненный ею кошелек, или в автобусе, где он уступил бы ей место. Мысленно вторгаясь на ту территорию, которую она до сих пор старалась обходить стороной, Мэрайя отмечает про себя черные как вороново крыло волосы Иэна и сверкающие голубые глаза.
Ей вспоминается та ночь в больнице, когда он поцеловал ее в щеку.
– Даже во время мировых войн враждующие стороны прекращали огонь в Рождество, – тихо произносит Иэн.
– Что?
– Мэрайя, я предлагаю вам перемирие. – В его устах ее имя журчит, как водопад. – Я хочу сказать, – улыбается он, – что хотя бы только здесь и только сейчас мы могли бы истолковать наши сомнения в пользу друг друга, как предполагает презумпция невиновности.
Вероятно, я не такой уж и монстр, каким вы меня себе представляете.
Она улыбается в ответ:
– Не скромничайте.
Иэн смеется, и Мэрайя понимает, что если он внушает страх, когда ведет себя враждебно, то, ослабляя оборону, он становится еще опаснее.
Глубокой ночью, когда Вера и Мэрайя уже давно спят, Иэн прокрадывается к ним в комнату и останавливается перед их кроватью с таким видом, будто оказался на краю обрыва.
Мэрайя обнимает Веру, как тесто обнимает начинку пирожка. Их волосы переплелись друг с другом на подушке. Кажется, будто они не два разных человека, а два воплощения одного.
Вечер прошел лучше, чем Иэн ожидал, учитывая происшествие на озере. Перемирие поможет ему выиграть время для того, чтобы расположить Мэрайю к себе, завоевать ее доверие. И сам он, конечно, должен вести себя так, будто доверяет ей.
