А моей внучки здесь нет – благодаря всем вам.
Рампини чувствует, как у него начинает дергаться мускул в основании челюсти. Так, значит, эта женщина и есть воскресшая бабушка? Что она имела в виду, сказав «благодаря всем вам»? Кто выжил девочку из дому? Он смотрит в сердитое, изрезанное морщинами лицо и видит в глазах такую глубокую грусть, что в какой-то момент даже чувствует себя виноватым.
– Миссис Эпштейн, может быть, если вы дадите нам какие-то рекомендации, я озвучу их епископу и мы найдем способ рассмотреть случай вашей внучки так, чтобы не причинить ей лишнего беспокойства.
И вам тоже.
– Думаете, я родилась вчера? – фыркает женщина.
– Говорят, это не так уж далеко от истины.
– А где тот второй священник? Симпатичный такой? Мэрайе он нравится. – Милли оглядывает пространство перед домом, ища отца Макреди, потом прищуривается. – Вы играете хорошего и плохого копа, да?"
"У Рампини уже успела разболеться голова. Ему думается, что, будь эта женщина на их стороне во времена инквизиции, от нее было бы немало толку.
– Мы не работаем в паре. Клянусь Богом!
– Вашим или моим? – спрашивает Милли.
За два часа езды от бостонского аэропорта до дому отопительная система серебристой арендованной машины совсем не согрела меня. В зеркало заднего вида я вижу черный «форд-таурус». Иэн тоже взял автомобиль напрокат и едет за нами. Мы решили разделиться, чтобы не пришлось никому объяснять, почему мы приехали вместе.
– Опять ложь, – бормочу я. – Все больше и больше лжи.
– Ма? – произносит Вера густым сонным голосом.
– Хорошо поспала? – Я ловлю ее взгляд в зеркале заднего вида и улыбаюсь. – Нам с тобой нужно кое о чем поговорить. Когда приедем домой, я оставлю тебя с бабушкой, а сама должна буду поехать к юристу.
– Это опять из-за папы?
– В некотором смысле. Он хочет, чтобы ты жила с ним. А хочу, чтобы ты жила со мной. И добрый судья решит, с кем тебе жить.
– А чего хочу я, никто даже не спросит?
– Я спрашиваю тебя об этом.
Вера как будто колеблется:
– Я должна выбрать навсегда?
– Надеюсь, что нет, – отвечаю я и думаю, как лучше сформулировать следующую мысль.
– Пока судья решает, многие люди будут на нас смотреть. И поэтому, наверное, тебе лучше… сказать Богу… что ты должна какое-то время никому о Ней не говорить.
– Как когда мы жили у озера?
Желательно не так, думаю я. Там у Веры совсем не получалось держать свечу под сосудом[23].
– Бог говорит, это никого не касается.
Еще как касается! Для многих Верины видения – это перспективный бизнес.
