Сокровенная правда (ЛП)

Я делаю глубокий вдох, бросаю телефон, который купил для меня Сергей, в кусты и обхожу машину, чтобы сесть со стороны пассажира.

— Сергей? — откуда-то справа доносится до меня голос Романа.

Открыв глаза, я пару секунд не могу понять, где нахожусь, пока не замечаю знакомые вещи. Слева книжные полки все еще на месте, вероятно, потому что прикреплены к стене. Они — единственное, что, кроме кровати, на которой я сижу, осталось нетронутым. Два кресла лежат опрокинутыми у противоположной стены, сломанные. Комод с разбросанной по всюду одеждой опрокинут на один из стульев.

— Сергей? Ты с нами?

В дверях стоит Роман, за ним маячит Феликс. Мими, положив голову на лапы и глядя на меня, лежит на полу перед ними.

— Как долго? — спрашиваю я.

— Четыре часа. — Роман переступает порог, но останавливается, когда доходит до середины комнаты. — Феликс позвонил мне, как только ты начал громить мебель, но, когда я приехал, ты уже закончил с этим этажом.

— Черт. — Я качаю головой. — Как выглядит нижний этаж

Роман осматривает комнату вокруг себя и пожимает плечами.

— Почти так же. Хорошо, что Феликс додумался запереть оружейную, пока ты туда не добрался.

Слава Богу. Я ничего не помню после прочтения записки Ангелины. Закрыв глаза, делаю глубокий вдох. Мне нужно выбраться отсюда.

— Альберт, где ключи от моего мотоцикла? — спрашиваю я, вставая с кровати.

— Ты никуда не пойдешь, — огрызается Роман и направляет на меня трость.

— Роман, не надо, — бормочет Феликс сзади него.

— Я не позволю ему никуда уехать в таком состоянии. Он либо разобьется, либо убьет кого-нибудь.

Я склоняю голову набок и смотрю на брата. Мы довольно равны по силе, и я хотел бы выплеснуть разочарование и ярость, кипящие во мне, в хорошей драке. Но Роман не может со мной драться, по крайней мере, сейчас, его колено слишком повреждено. И если я потеряю его во время драки, могу пойти на убийство.

— Отвали, Роман. — Я направился к двери, но, когда прохожу мимо него, он обхватывает меня рукой за шею.

— Она того не стоит, Сергей.

Я хватаю его за рубашку и притягиваю ближе, глядя Роману в глаза.

— Не смей говорить о ней! — выкрикиваю я. Никому не позволю говорить плохо об Ангелине. Хотя и больно это признавать, она приняла верное решение уберечь себя.