Соль этого лета

— Да не трудись. Не надо мне твоих лекарств. Идеальному поставь. А я косячу, да!

Выхожу, в сердцах бахая дверью.

Переворачивает изнутри так, что кажется, разнесу всë сейчас к херам!

— Сигарету дайте.

Яша протягивает пачку.

Хрен я к ней больше подойду! Сдохну, но не подойду!

Глава 39. Больно

Ноги ведут меня снова к кабинету. А зачем? Я обещал себе, что не подойду, даже если сдыхать буду!

От этого решения так больно, хоть вой!

Зачем ты так?

Ну ты же не такая… Ты не жестокая!

Что с тобой стало?!

Сажусь на лавочку возле кабинета.

Один из наших проходит мимо меня. Стучит. Открывает Люба.

— А Алёна Максимовна здесь?

Я слышу, как она тихо плачет, рвано вздыхая и шмыгая носом.

— Я вместо неё, чего хотел? — по боевому встаёт Люба, не пуская в кабинет.

— А я на уколы не успел.

— Вечером приходи.

Закрывает перед его носом дверь.

Ну почему она плачет?! — горит у меня внутри. Почему?!

Сердце рвётся туда к ней, выяснить — почему.

Свою боль можно пережить, но когда ей плохо, все обещания горят синим пламенем.

Встаю, прислоняюсь лбом к двери. Кладу ладонь…

Люба меня, конечно, не пустит.

Сжимаю кулак. Решительно стучу.

— Ну что? — выходит она рассерженно за дверь, прикрывая за собой.

Смотрю ей в глаза.

— Ты мне глазки не строй свои грустные! — зло. — Я тебе не Аленка. Вот иди теперь туда, куда бегал! Там глазки строй.

— Что?!

— Чего хотел, спрашиваю?

— В первом корпусе ЧП, просили тебя или Алену Максимовну, — играя желваками нагло вру я.

— А что случилось?!

— Не знаю!

Как только Люба убегает, захожу внутрь. Оглядываю кабинет. Алёна за ширмой.

С ногами сидит на кушетке, прижав к лицу мокрое полотенце. Плечи вздрагивают.

— Ну и чего ты рыдаешь? — цежу я.

— Выйди, — задерживая дыхание.

Отбираю полотенце. Ловлю в ладони её лицо, задирая выше.

— Я спросил почему?

Меня выбивает из и так сомнительного равновесия еë заплаканное лицо.

— Не трогай меня! — получаю по рукам.

Внезапно поддаюсь её истерике, сплетая тоже в неадекват.

Оскаливаюсь, ловя её руку. Уворачиваюсь от пощёчины.

Да, блять! Буду я тебя трогать!

Ставлю колено на кушетку, раздвигая её бедра, руки отвожу за спину.

— Не трогай!

Вырываясь, впивается в плечо.

— Ммм… — замираю, вжимаясь лицом ей в изгиб шеи. — Нравится делать мне больно, да??

Отпускает.