Только с одним пожеланием — давай без съемных квартир на этот раз. У меня есть собственная квартира и дом за городом, если тебе будет некомфортно.
— И в один «прекрасный день», как в плохом кино, там появится Марина!
— Не появится. Что бы ты не нафантазировала в своей светлой голове, между нами нет отношений, и я ни разу не приводил ее к себе. В моем доме бывает только моя дочь.
Я почему-то живо представляю, как в огромной холостяцкой берлоге, на полках с книгами о квантовой физике и трофейными боксерским перчатками, лежат плюшевые зайцы и тролли со смешными прическами.
А когда мне хочется улыбнуться в ответ на эти мысли, я с силой давлю на тормоза.
— Мы, кажется, отвлеклись от темы разговора.
Вадим молчит.
— Что ты собираешься делать с этим всем? Сделку нужно подписать через несколько дней. Не подумай, что я на тебя давлю, но мне нужна хотя бы какая-то минимальная информация.
Он только еле заметно поджимает губы, всем видом как бы говоря: «Хорошо, принимается».
Берет телефон, делает пару звонков, где озвучивает только название фирмы-прокладки, через которую старый боров собирался взорвать «MoneyFlow» изнутри, и снова переключает на меня внимание.
— Натравливать финансовые проверки не очень умно, — рискую вставить свои пять копеек.
— Никаких проверок, Лори. Не надо держать меня за идиота, который не умеет воевать в тылу врага.
— Звучит многообещающе.
— Мне просто нужно немного дополнительной информации, — объясняет Вадим. — Юристы получили отмашку на пару дней затянуть процесс, пока у меня на руках не появится немного больше материала для работы.
Я чувствую некоторое облегчение от того, что эта тема для меня абсолютно безопасна. Пусть это трусость с моей стороны и ныряние головой в песок, но так лучше, чем влезать в отношения, которые не сулят ничего, кроме головной боли и угрызений совести каждый раз, когда на экране моего телефона будет всплывать имя «Марина».
— Позволишь поинтересоваться… — начинает Вадим, но я резко его перебиваю.
— Я уже сказала, что тема «нас» закрыта, заморожена и зацементирована.
— Спокойно, Лори. — Он немного устало потирает переносицу, и я ловлю себя на мысли, что кончик моего носа до сих пор помнит, как приятно его щекотала эта длинная рваная челка. — Я про дело. Ты ведь искала союзника — я готов им стать. А учитывая то, как глубоко ты можешь сунуть нос в дела Завольского, всячески заинтересован в нашем сотрудничестве.
