Причем требует в странной форме — мне звонит его охранник и говорит, что Юрий Степанович ждет меня в «Стрелецком» через час. На моей памяти это первый раз, когда старый боров использует для контакта своих живодеров — в самом начале, когда я только пришла в «ТехноФинанс» и прямые звонки от собственника были для меня еще слишком большой честью, мне в основном звонила одна из его помощниц. Только много позже, когда я уже была в статусе официальной невесты Андрея, он снизошел до личных звонков.
И вот, спустя полгода, Завольский-старший решил снова низложить меня до уровня «простого офисного планктона».
Только не того, который существует только чтобы умножать хозяйский капитал и крутить винтики в его системе, а того, который можно утилизировать.
Я коротко отвечаю «да» и бег в душевую. Хорошо, что Завольский «расщедрился» и дал мне целый час — отсюда добраться до «Стрелецкого» в девятом часу вечера — то еще экстремальное приключение.
Пока наспех сушу волосы, вспоминаю события вчерашнего вечера и что еще могло случиться за сегодняшний день.
Андрей, как и я приказала, позвонил отцу, они поговорили, а потом он, как порядочный послушный муж, пересказал мне суть их разговора — отец потребовал, чтобы он явился к нему для разговора «по душам», мол, хватит им уже собачиться из-за всякой ерунды. На моей памяти старый боров никогда и ничего не списывал со счетов вот так легко, а тем более тот факт, что единственный сыночка может оказаться тем еще подарочком судьбы. Андрея всего трясло перед этой встречей, он пытался найти миллион отговорок, почему не должен к нему ехать, а потом начал умолять поехать с ним.
Само собой, я надавала ему моральных оплеух и напомнила, что если он не соберется и не возьмет себя в руки, то может потерять свой последний шанс на наследство. И если он к этому готов, то модно прямо с сегодняшнего дня начинать переходить на шаурму из грязных закусочных, потому что в ближайшем будущем она станет единственным доступным ему деликатесом. Такие «радужные перспективы будущего» всегда безотказно приводят его в чувство и вчера это так же сработало.
Мы еще раз обсудили то, что он может и что не может говорить, о чем должен категорически молчать, и благоверный, с моего благословение, отправился в пасть к кабану.
И просто пропал с радаров.
Я половину ночи просидела, ожидая его прихода, потом плюнула и начала названивать, но телефона Андрея был выключен. И до сих пор «вне зоны», потому что ни одно мое сообщение и ни одна попытка дозвона так и не дошли.
