Ну то есть буквально — это почти как трахаться с вибратором, не боясь, что он вдруг затянет вой про мораль или начнет ныть о бывшей.
— Ну и чего мне будет стоить этот царский комплимент?
Она загадочно усмехается и просит налить еще, но на этот раз даже не притрагивается к бокалу.
— Хочу остаться у тебя на всю ночь, — говорит она, вытягивая на краешек стола идеально гладкие загоревшие ноги.
Мне все равно. Может хотя бы сегодня мои призраки постесняются прийти в гости.
Я закуриваю прямо в квартире, потому что от количество распахнутых окон сквозняк такой, что даже странно, почему меня до сих пор не унесло в окно как Мери Поппинс.
Но Марина, вернувшись, тут же начинает недовольно морщить нос и отнимает у меня сигарету. С какой-то жадной тоской смотрит на тлеющий кончик, но потом решительно сминает окурок об дно моего пустого бокала — к вину я сегодня даже не притронулся.
Какое-то время мы просто смотрим старое кино, которое знаем вдоль и поперек, но в некоторых местах Марина все равно громко смеется как в первый раз.
Я поддерживаю ее сдержанной улыбкой.
— Я потеряла девственность в двадцать лет, — говорит она вдруг, хотя на экране еще и близко нет финальных титров и нет никаких предпосылок к настолько задушевному разговору."
"— Довольно поздно, — говорю первое, что приходит на ум в связи с этой «новостью». Одновременно пытаюсь вспомнить, что она рассказывала о своей карьере эскортницы. Как будто примерно в таком же возрасте, хотя я вполне могу ошибаться — сейчас уже так устал, что мозг вполне может давать сбои.
— Я пошла работать в эскорт, пару раз меня снимали папики для своих сыночков — на выпускной, на День Рождения. У меня в анкете была пометка, что я девственница. Я очень на ней настаивала, потому что не хотела продавать свое тело за деньги, а только по любви. Только потом узнала, что владелец агентства рядом с этой пометкой нарисовал внушительный ценник. Настолько внушительный, что желающий купить мою целку нашелся только через полгода. Один очень, очень важный старый козел.
Настолько богатый и настолько козел, что заплатил тройной ценник.
Я достаю еще одну сигарету, но ее Марина успевает отнять до того, как прикуриваю. Пожав плечами, встаю и перебираюсь на стоящее напротив кресло. И спокойно затягиваюсь, предвкушая «забористое продолжение» грязной истории.
— Я ничего не знала. Поняла все, только когда вместо обещанного совместного выхода на одном крупном финансовой форуме, меня отвезли на в его загородный дом.
