Предыдущая, до этой, была просто умницей и прелестью, и была она такой не потому что звезды сошлись, а потому что я поручил поиски и собеседование Валерии. И, конечно, Лори справилась на «отлично». Отличница, мать ее. Промахнулась только в том, что у девчонки была симпатичная мордашка и она закрутила роман с одним из моих менеджеров и залетела. В итоге, я лишился и помощницы, и менеджера (уволил обоих на хер за нарушение служебной дисциплины и не соблюдение субординации). А в качестве замены кадровики нашли вот это тело — кажется, вообще без признаков интеллекта.
— И собери моих дармоедов через полчаса, — говорю по селектору.
— Дмитрий Викторович… эммм… кого?
— Директоров, овца!
Через секунду за дверью раздаются похожи на плач скулящие звуки, но меня это вообще никак не ебет и не трогает. Я видел, что случается с людьми после того, как их дело ударяется об асфальт после двенадцатиэажного полета. Соплями и слезами меня теперь точно не пронять.
Глава вторая: Лори
Настоящее
Я сижу на маникюре, и сегодня здесь довольно шумно.
Так совпало, что в сборе все мои «подружки по бьюти-процедурам», Красные ногти притащила бутылку дорого шампанского и жутко дорогие печеньки из модного кондитерского ресторана — угощает нас всех по случаю удачной сделки своего мужа, который до этого, по ее же рассказам, всегда «недотягивал».
— Теперь, — она салютует бокалом, пока мастер педикюра занята ее ногами, — все будет совершенно по-другому! Возможно, скоро мне даже придется вас покинуть.
Они с Ботоксной маской обмениваются такими страдающими взглядами, будто пришли в этот мир вместе, держась за руки, а не всего лишь обмениваются сплетнями пару раз в месяц. Лицемерие — оно такое.
Но я тоже подыгрываю общему веселью, потому что здесь у меня тоже своя роль.
Роль простой девушки с небольшими возможностями, которая слушает все, обо всем и всегда. Как показывает опыт, люди гораздо больше любят тех, кто бескорыстно слушает их ахинею, а если на его лице изредка всплывают признаки заинтересованности — считай, друзья до гроба.
Я опускаю губы в бокал с шампанским, делая вид, что пью, чтобы никого не обижать и тем более не посвящать в тонкости своей пожизненной и добровольной безалкогольной аскезы. И только сейчас обращаю внимание, что Седой парик, точно так же, как и я, только делает вид, что участвует в общем веселье. На самом деле она, обычно бойкая разговорчивая женщина, сегодня на удивление молчалива.
