Солдат чужой войны

Дивар догадывался, что не увидит там ничего нового, однако в поисках компромата на своих союзников приходилось не брезговать ничем.

Пройдя по тихому коридору, Кевиши бесшумно приблизился к узенькой двери и прислушался. В дежурном помещении кто-то был – кто-то, кому входить туда было категорически запрещено.

Дивар вытащил из кармана халата короткоствольный пистолет и резко толкнул дверь, при этом сильно ударив замершего перед монитором Губица.

– Сэр… Сэр… – Губиц хотел оправдаться, но его язык путался, а разум цепенел.

– А ты и не должен ничего понимать, скотина. Ты не за этим мне нужен, чтобы понимать. Ты служить мне должен…

– Конечно, сэр… – на побледневшем лице Губица появилась глупая улыбка. Он решил, что шанс выжить у него есть. – Я клянусь вам, сэр, что… – начал было он, но договорить ему не дали. Раздался выстрел, и хозяйский пес повалился на пол.

«Лайла, я люблю вас! Выходите за меня замуж, Лайла!» – прокричал с экрана один из недавних гостей.

– Э-э, да там было весело, – криво усмехнулся Дивар и включил запись с самого начала.

Выйдя из потайных ангаров, «ливиты», не поднимаясь выше пятидесяти метров, тут же скользнули в русло высохшей реки и начали стремительный разгон.

Доверив управление полученной от штурманов специально рассчитанной карте, пилоты могли сэкономить силы.

– В течение двух с половиной часов вы не должны подниматься выше сотни метров, – сказал им человек, который составлял эту карту. – Исключение сделано только здесь и здесь, – Штурман ткнул пальцем в расстеленную на столе пластиковую копию.

– А где будет цель? В городе? – поинтересовался Луц.

– Возможно. Но большего я вам сказать не могу, – ушел от ответа штурман. – Через два с половиной часа бортовые компьютеры сами зарядят вам боевые карты.

И вот теперь под крыльями истребителей проносились крыши сельских домов, голубые блюдца озер и грунтовые дороги, то и дело пересекавшие засохшее русло.

– А куда же река подевалась? – спросил по внутренней связи Луц через десять минут после старта.

– Выпили все, – меланхолично ответил Чарли. – Или в сортир спустили…

– Сначала выпили – потом спустили, – предположил Мейерхольд. – Ты когда-нибудь бомбил город, Чарли?

– Вместе с тобой на Зуфаре. Забыл? Акция возмездия.

Русло сделало поворот, и «ливиты» тотчас легли на крыло, точно повторяя плавный изгиб рельефа.