Солдат и пес. Книга 1

И как нарочно встретила его тамлютая фигня с погодой: нелетная, штормовая, авиация не летает, корабли не идут… и прогноз самый херовый: похоже, зарядило минимум на неделю.

Смекалка у военных людей должна работать ловко. Отпускник вмиг сообразил, что подводным лодкам непогода по барабану, и кинулся на базу подплава: ребята, горю! Выручайте не в службу, а в дружбу! Потом проставлюсь так, что до пенсии не просохнете! Есть у вас те, кто отходит в рейс на Сахалин⁈ Глянули: точно, идет в ночь одна субмарина. Опаздывающий взмолился: парни, возьмите!.

. Ну, понятно, нарушение, посторонним быть на подлодке нельзя категорически. Но уж такая картина сложилась!..

Что делать? Воинское братство сильнее уставов. Взяли. Примостили в какой-то каюте. В ночь отшвартовались, погрузились на глубину, взяли курс на Сахалин. И…

И сработал закон подлости. На полпути к острову на борт пришла секретная шифрограмма: немедленно менять курс, идти куда-то в сторону не то Гавайских, не то Марианских островов. Задание чрезвычайной важности.

При достижении такой-то точки сигнализировать, только тогда получите следующую инструкцию.

Надо ли говорить, что испытал командир субмарины. С чувством человека, всходящего на эшафот, он радировал, что на борту одна нештатная единица, которая на Сахалине примерно через неделю будет числиться пропавшей без вести…

Тоже наверняка без комментариев — как секретным шифром матерился адмирал во Владивостоке. Как обещал потолковать с командиром и замполитом после возвращения. Как приказал, чтобы «этот мудак» дневалил в течениевсего похода, мыл палубы, посуду, вообще все, что моется.

Особо подчеркнул, чтобы до сведения «мудака» довели, что по возвращении на Сахалин его будут драть, как Сидорову козу. Чтобы готовился к снятию одной звездочки с погон. Чтобы выбросил из головы пустую мысль о дальнейшем продвижении по службе… Ну, а отменять сверхважный поход, разумеется, никто не будет.

Так ли оно было на самом деле — я, конечно, не ведаю, но дыма без огня не бывает, это точно. И вспомнив этот рассказ прапорщика, улыбнулся.

Мы к этому времени почти пришли. Аккуратный, почти сказочный домик лаборатории. Ангелина отомкнула дверь, пригласила:

Показала, куда поставить ящик. Взглянула на меня особым взором. Глаза у нее были зеленовато-карие, причем левый больше зеленый, а правый больше карий.

— Я не забыл про брудершафт, — тактично напомнил я, мигом сообразив, что никого, кроме нас, в помещении нет.

— Да и я от своих слов вроде как не отказываюсь.