Солги мне на удачу

Причем без всякой магии или афродизиаков… Даже весьма умелый любовник Арман так не действовал на меня… Но канцлер и не делал мне массаж ног…

Я даже не заметила, как осталась без второго чулка, и это Омбре еще не поднялся даже до колен. Так же стащил, оставив на мне только подвязки, и, кажется, мои принципы готовы были покориться без боя, выкинув белый флаг и сдавшись на милость разбушевавшегося либидо. Ему хотелось продолжения, ему хотелось удовольствия, и между ног все сладко ныло, требуя своей порции ласки.

Соски напряглись и болезненно пульсировали, мягкая шелковая ткань нижней сорочки раздражала и при малейшем движении вершинки отзывались острыми вспышками. Черт, черт, что этот Омбре творил со мной…

Я не выдержала, зажмурилась, погрузившись в горячее марево удовольствия и предоставив умелым пальцам полную свободу. Потом подумаю… В конце концов, не раздевает же он меня и не набрасывается… Так почему бы не получить свое… Где-то на задворках мелькнула мысль, смутная и едва оформившаяся, но канула в туман удовольствия.

А ладони Омбре уже медленно скользили вверх, до колена, и за ними следовали губы, оставляя на слишком чувствительной коже узоры из поцелуев. Запах бергамота и мяты окутывал, прочно связываясь в сознании с этой комнатой, с этим мужчиной, с этими ощущениями. Если бы я могла соображать, то испугалась, наверное, их силе, но – соображалка подала в отставку и отбыла в неизвестном направлении. Кажется, это уже не массаж… Да и плевать.

– Моя госпожа… – тихо прошелестел голос Омбре, и в нем звучали слишком довольные нотки, но мне было все равно.

Подол платья неумолимо поднимался, обнажая мои ноги, губы и пальцы приласкали коленку, заставив негромко охнуть и вцепиться в край дивана – ну надо же, и там тоже все чувствительно?! Кажется, Арман непростительно мало уделял внимания этой части моего тела… О-о-о, а вот теперь опасно – ловкие пальцы Омбре добрались до подвязки на бедре и избавили от нее, мимолетно погладив внутреннюю сторону.

Так, не перебор ли это всего лишь для простого массажа?! Но тут же к раздразненной коже прижались горячие губы, язык провел влажную дорожку, и я тихо всхлипнула, зажмурившись сильнее. Тело жило собственной жизнью, послушно и бесстыдно раздвинув колени, открывая доступ к самому сокровенному: между ног разгорелся настоящий пожар, там все тяжело и горячо пульсировало, а тонкое кружево трусиков давно намокло. И… я хотела продолжения, черт возьми.