Солнце и луна

Это было внушительное здание, состоявшее из старого крыла в виде буквы L, с пиршественным залом и часовней, и недавно достроенной части со множеством жилых помещений.

– Грэхем занялся нововведениями сразу после женитьбы, потому что мы решили иметь столько детей, сколько получится. Не хотелось, чтобы они жили вместе со слугами, как принято в некоторых домах. Мой муж никак не может забыть дортуары колледжа Святой Троицы, где в одном помещении жила сотня воспитанников, и казармы в Бове, где никто и не помышлял об уединении.

– Я писать хочу! – заявила Нелл, снова приходя в возбуждение. – Сейчас буду!

Филиппа перепугалась не на шутку.

– Леди Неллвин! – строго произнесла Джоанна, не поднимая головы от вышивания. – Разве я не говорила, чтобы ты не ждала до последней минуты?

– Но мне нужно, мамочка! – настаивала малышка, подпрыгивая на коленях Филиппы со страдальческой гримасой на лице.

– Ей нужно! – жалобно повторила девушка, думая о том, что на ней сейчас единственное чистое из двух платьев.

Другое еще нужно было привести в порядок после прогулки по грязным улицам Оксфорда, и если ребенку взбредет в голову… нет, только не это! В чем тогда предстать перед лордом Ричардом?

– А потерпеть ты не можешь? – осведомилась Джоанна у дочери.

– Лучше я опущу ее на землю… – начала Филиппа.

– Ни в коем случае! Она сразу пустится бегом, и нам ее не поймать.

С удрученным вздохом девушка снова прижала Нелл к себе. До сих пор ей и в голову не могло прийти, что материнство – нелегкий удел.

– Кэт! – окликнула Джоанна.

– Вот подойдешь, тогда и узнаешь.

«И поторопись!» – мысленно обратилась Филиппа к старшей из дочерей Фоксов.

Кэтрин соскочила с ограды и направилась к ним с недовольным видом, едва переставляя ноги.

– Отведи сестру в уборную. И заодно уложи, раз уж так вышло.

– Но, мама! Игра еще не закончилась!

– Осталось недолго. Уже ясно, что победит твой брат с друзьями.

– Я ее отведу! – взмолилась Филиппа, ежесекундно ожидая ощутить на коленях теплую струйку.

– Очень любезно с вашей стороны, но Кэтрин должна учиться послушанию.

Старшая девочка надулась, однако безропотно сняла сестренку с колен безмерно благодарной Филиппы.

– Идем уж, горе мое! – сказала она с забавно взрослыми интонациями, чмокнула Нелл в пухлую щечку и потянула за руку к дому.

У девушки вырвался продолжительный облегченный вздох. Джоанна засмеялась.

– До чего же вы с Адой похожи! Знаете, мы ведь были подругами, когда она жила в Лондоне.