Солнце и луна

– Мне не приходило в голову, что вы можете быть не довольной жизнью, – примирительно сказала Джоанна, возвращаясь к вышиванию.

Девушка невольно подумала, что брат этой счастливой молодой женщины далеко не столь тактичен в своих замечаниях. По его мнению, она, Филиппа де Пари, обитает в замкнутом мирке и знает о настоящей жизни не больше, чем рыба в тихом пруду – о бурном море.

– Жаль, что Хью не остался с нами. Он играючи справляется с Нелл.

– А где дядя Хью? – заинтересовалась девочка и завертела головой.

Надо сказать, она не отходила от дядюшки ни на шаг с того момента, как они переступили порог особняка, и весь ужин просидела у него на коленях, причем Хью не просто терпел присутствие племянницы, а всячески ее забавлял, и время от времени угощал кусочками со своей тарелки, как новобрачный на свадьбе угощает свою молодую жену. По всему было видно, что в этом доме он частый гость и малышка Нелл его обожает.

– Он не сказал, куда отправляется? – полюбопытствовала Джоанна.

– Смыть дорожную пыль.

Это его собственные слова.

– Ах, вот как! Понятно. В нашем лесу протекает речка, где он всегда купается.

– Хочу дядю Хью! – потребовала девочка, снова принимаясь извиваться.

– Ему нужно привести себя в порядок перед важной встречей.

По словам Хью, кроме короля Генриха и его юстициария, во всей Англии лишь два человека знали, чем он занимается, – супруги Фокс. Для остальных своих знакомых он был просто богатым бездельником, коротающим время в ожидании того дня, когда ему волей-неволей придется вступить во владение землей и заняться делом.

Мало кто знал как о пятнадцати годах военной службы (воспитание не позволяло людям задавать вопросы насчет его правой руки), так и о том, что Хью давно порвал всякие отношения с отцом. Свету также было неизвестно, что вряд ли он получит поместье, в котором вырос, даже после смерти нынешнего лорда Уэксфорда.

– Если хотите вымыться, совсем не обязательно удаляться в леса, – с улыбкой заметила Джоанна. – У нас есть переносная ванна.

Я распоряжусь, чтобы вам ее приготовили на ночь.

– Спасибо, вы очень добры.

– Кстати, понравилась вам ваша комната?

– Она чудесна, – искренне ответила Филиппа, несколько ослабляя хватку, так как Нелл заметно успокоилась.

– Да, но маловата! Когда Грэхем пристраивал жилое крыло, он думал не о комфорте, а о количестве комнат.

– Зато она светлая, – рассеянно произнесла девушка, повернувшись к особняку, стоящему сразу за зеленым ковром луга.