— В одной постели… как брат с сестрой… никакого греха, потому что понимаю… но прошу не отказать. Слово князя…
* * *Князь крепко спал, обнимая подушку. Сонька осторожно приподнялась, осмотрелась.
В доме было пусто и тихо. Ни скрипа, ни шороха, ни шагов.
Девушка сползла с постели, одеваться не стала и в пеньюаре протопала к мундиру Орловского. Прошлась по всем карманам, выудила плотный бумажник, дополнительно прихватив еще какие-то купюры.
Зажав под мышкой свою сумочку, принялась аккуратно выдвигать ящики инкрустированных столов.
Ценностей здесь было более чем достаточно: золотые украшения, серебро, драгоценные камни в оправах и без.
Сонька не спеша выгребала все это в сумочку, умудряясь даже кое-что примерить, а пару вещей так и оставила на пальчиках и шее.
Затем она открыла посудный шкафчик, и от обилия золотых чашек, ложек, вазочек, блюдец у нее перехватило дыхание. Затолкать все это в сумку было нереально. Тогда она стащила с подушки наволочку и принялась запихивать в нее все, что попадалось под руку.
И вдруг Сонька вздрогнула. Оглянулась — за ее спиной стоял Афанасий и с молчаливым любопытством наблюдал за действиями ночной гостьи.
Девушка закрыла глаза, опустилась на пол и вдруг расплакалась отчаянно, по-детски.
— Боже мой… боже мой, до чего я докатилась! — Она посмотрела на лакея, попросила: — Прости меня, но я не могла поступить иначе! Твой хозяин… он ведь жестокий, бессердечный человек… Он сегодня лишил меня невинности! Я предупреждала его, молила, тем не менее он взял меня силой.
Что мне оставалось делать?
— Я не выпущу вас из дома, пока не проснется князь, — тихо и твердо произнес лакей.
— А вы и не имеете права поступить иначе, — согласилась девушка, вытирая слезки. — Вы служите у князя, и ваш долг поступить именно так… Но самое страшное, что, проснувшись, князь даже не вспомнит, какому бесчестию, какому позору он подверг меня! Он безобразно пьян и отвратительно нахален! Он — животное!
— Вы не должны были идти с ним, — кивнул Афанасий.
— Да, это расплата за легкомыслие. — Сонька вытерла глаза, высморкалась. — Могу ли я попросить чаю?
— Пройдемте на кухню, — махнул рукой лакей и направился в глубину дома.
* * *На кухне Афанасий разлил ароматный крепкий чай по золоченым чашечкам, пододвинул поближе к гостье кусковой сахар. Сонька, сделав пару глотков, подняла глаза на него.
— Вы полагаете, я воровка?
— В полицейском участке разберутся.
— Вы намерены меня туда сдать?
— Думаю, хозяин сдаст.
