"
"Сонька с трудом села, посмотрела на него, затем на второго захватчика. Из соседней комнаты вышел еще один мужик — здоровенный, мрачный, с закатанными, как у мясника, рукавами.
Второй, тот, что был в фаэтоне, стал подбирать добычу, тщательно укладывая ее на подоконники.
Васька присел на корточки перед девушкой, оскалился.
— А мы ведь вели тебя. Видели, как нырнула в кабак, как вытащила оттуда князька, как отправились в ювелирку. Все видели, Сонька. Так что от нас, милая, не скроешься. Придется теперь работать на нас.
— Не придется, — усмехнулась девушка. — Скорее вы потрудитесь на меня.
— Слыхали? — повернулся к товарищам Васька. — Умничает. — И вдруг коротко и сильно ударил ее по лицу.
Голова Соньки болтнулась и упала на грудь.
Лютый приподнял ее, снова заглянул в глаза.
— Чего сказала, курва? Может, повторишь?
Она вытерла рукавом разбитую губу, снова усмехнулась.
— Пожалеешь, Васька, о содеянном.
Тот задумчиво помолчал, махнул мрачному:
— Веди.
Мрачный скрылся во второй комнате и вскоре вытащил оттуда окровавленного Левку.
Бросил рядом с Сонькой.
— Когда тебя атасили, и родственничка заодно поймали, — объяснил Лютый и попросил: — Лев, повтори, что давеча говорил нам.
Левка посмотрел на девушку, отрицательно повел головой.
— Сонь, не надо идти против них. Они — сила… Надо лечь под Ваську. Давай сообща с ним. Мы дорожку топчем, он по ней идет. Так вернее. Сонь. Будь умной жидовкой.
Мужики громко засмеялись.
— Арон тоже там? — спросила она.
— Пока что нет, — ответил Васька.
— Но вскоре будет. От нас хрен куда денешься.
— Дай воды, — попросила Сонька Ваську.
— Принеси, — распорядился тот одному из соратников.
Второй мужик дал девушке попить, она тяжело поднялась, прополоскала окровавленный рот, выплюнула в раковину в углу.
— Зачем сразу бить? — спросила она Ваську. — Можно ведь сначала поговорить, потом уже кулаками махать.
— С кем? С тобой говорить? Ты — сукаха щенная, харатка, и с тобой можно о чем-то говорить?
— Вась, может, я приложусь? — спросил разрешения здоровенный мужик-палач.
— Успеешь. — Васька снова повернулся к Соньке. — Так о чем с тобой говорить, лялька? О том, как легла под князька и как ломанула его? Ну, ломанула, и какой толк? Все ваше стало нашим.
— Ненадолго, Васька. Верни чужое, отпусти с миром меня и Левку и завтра приходи для разговора.
— С тобой?
— Со мной. Рано или поздно все одно придется.
Васька с сожалением посмотрел на нее, повернулся к друзьям:
— Нет, не понимает баба.
