В тишине ночных улиц гулко звучали его шаги.
* * *Михаил ворвался в номер гостиницы с шумом и грохотом. Сонька от испуга и неожиданности вскочила на постели, уставилась на Блювштейна. Он присел рядом, принялся не спеша вытаскивать из карманов кольца, браслеты, колье… Поднял глаза на девушку, криво усмехнулся:
— Я убил ее.
— Кого? — не поняла Сонька.
— Генеральшу. Задушил… — И вдруг он зарыдал жалко, не по-мужски.
Сонька положила его голову себе на колени и стала молча гладить, неподвижно глядя перед собой. Блювштейн постепенно успокоился, поднял голову:
— Я не хотел.
Она сама виновата. Сказала, что я вор. И ты тоже… воровка… — Он бессмысленно перебрал принесенные вещи. — Видишь сколько?
Блювштейн поднялся, затравленно огляделся.
— Надо бежать. Они все знают! Знают, что из «Метрополя». Бежать…
Он подошел к окну, посмотрел вниз и вдруг шарахнулся назад: к подъезду гостиницы подкатило сразу несколько повозок, из них спешно стали выскакивать полицейские и солдаты.
— Полиция! — выкрикнул Блювштейн и бросился к Соньке.
— Я уже не успею. Беги ты. Беги, пока не поздно, они сейчас будут здесь. Беги, Соня! Ради ребенка!
Сонька схватила какую-то одежду, накинула на себя и ринулась из спальни. В гостиной номера девушка бросала в сумку все, что попадалось под руку, Михаил помогал ей, бормоча:
— Не успеешь, быстрее! Они сейчас будут здесь. Ты тут ни при чем, беги!
Сонька побежала к двери, затем на миг опомнилась, быстро вернулась, крепко обняла Михаила.
— Прощай! Я тебя не забуду! — И покинула номер.
* * *Сонька сидела в карете прямо напротив входа в гостиницу. Извозчик терпеливо ждал распоряжения, расхаживая возле лошадей и прихорашивая их. Наконец Соня увидела то, что ожидала: из гостиничных дверей показались сначала полицейские, затем вывели Блювштейна с заложенными назад руками. Он смотрел под ноги и лишь перед тем, как сесть в арестантскую повозку, поднял глаза и посмотрел в сторону одинокой кареты на противоположной стороне улицы. Сонька поняла: он знал, что она провожает его в последний раз.
Когда повозка с Блювштейном тронулась, воровка велела мужику:
— Езжай.
* * *Вскоре Сонька стояла на лестничной площадке перед знакомой дверью. Дернула за шнурок, терпеливо ждала, когда откроют.
— Кто? — послышался голос матери.
— Софья.
Дверь открылась, и Сара замерла при виде девушки.
— Что-нибудь с Михелем?
Девушка, не ответив, переступила порог и посмотрела на возникшего в коридоре Блювштейна-старшего. Все трое прошли в гостиную.
