Соотношение сил

Знаете, Иван Иосифович, мне кажется, было бы разумно для начала отправить в Иркутск надежного компетентного человека, так сказать, в неофициальном порядке.

– Согласен, – кивнул летчик, – для этого вы и сосватали мне лейтенанта Родионова?

– Ну, в общем, и для этого тоже. Родионов окончил четыре курса физфака, с Мазуром хорошо знаком, ходил к нему на семинары, бывал дома, в физике разбирается.

– Я уже заметил. – Проскуров усмехнулся. – Крестник ваш, не успел заступить на должность, докладную мне настрочил на десять страниц.

Анализ научных публикаций в германской прессе показывает, что ядерная тема в рейхе полностью засекречена, из чего следует, что работа над бомбой идет, и началась она не позже апреля тридцать девятого.

С Волхонки они вышли на Гоголевский бульвар, оба то и дело оглядывались. Все было спокойно, никто не шел за ними.

– Между прочим, не он первый, – продолжал Проскуров, – у меня уже здоровенная папка материалов набралась по урану. А толку? У нас урановых разработок нет, и начинать их никто не собирается.

– Но комитет по урану при Академии наук все-таки уже создан, – заметил Илья.

– Комитет. – Проскуров с комичным пафосом поднял палец. – Комитет – это здорово, но пока они там будут заседать, немцы урановую бомбу сделают и на нас сбросят.

– Шутите? – осторожно уточнил Илья.

– Ага, шучу. С июля идет информация.

– С июля? – Илья изумленно взглянул на Проскурова. – Но ни в одной вашей сводке мне ничего не попадалось.

– Правильно, потому что информация пока косвенная, данные непроверенные.

Якобы немцы пытались скупить весь уран, которым торгует Бельгия. На территории Германии и Чехословакии везде, где есть месторождения, сплошные секретные объекты. Богемия, Судеты. Секретными объектами стали около двадцати научных институтов в разных городах Германии.

Проскуров говорил спокойно, ровным, каким-то безнадежным голосом. Конечно, устал от абсурда. Информацию об урановых разработках в Германии он не мог включать в сводки потому, что она добывалась вопреки запрету Хозяина вести разведку на территории рейха.

Проскуров сильно рисковал, внедряя своих людей в делегации военных специалистов, ездившие в рейх. А учитывая резолюцию Берия об уране, это был двойной риск.

– Ну, тогда тем более надо действовать на опережение, – сказал Илья. – Вы не хуже меня знаете, что руководство рано или поздно заинтересуется ураном, и тогда в этой теме мелочей не будет.