Пригнувшись к шее коня, Матвей переждал выстрел и, выругавшись, снова прижал клинок шашки коленом. Сорвав с пояса кнут, он одним движением распустил его и, примерившись, ловким движением захлестнул торс убегавшего. Один сильный рывок, и мужик, слетев с коня, грохнулся оземь, потеряв револьвер. Пролетев мимо, парень плавно потянул правый повод, разворачивая коня, и, подскочив к неизвестному, слетел с седла раньше, чем Буян остановился. Одним пинком перевернув его на живот, Матвей связал мужику руки за спиной и, переведя дух, выругался:
– Твою мать! Вот только таких приключений мне и не хватало.
Конь, на котором мужик пытался удрать, потеряв своего наездника, остановился метрах в тридцати от места стычки, возмущённо фыркая и поводя боками. Понимая, что неизвестного всё равно надо будет как-то везти, Матвей подобрал револьвер мужика и направился к настороженно косившемуся коньку. К удивлению парня, убегать эта Сивка-Бурка не стала. Наоборот, доверчиво потянулась к протянутой ладони.
Только присмотревшись, Матвей понял, что, пытаясь удрать, мужик впопыхах вскочил на жеребую кобылу.
Именно поэтому все попытки пришпорить её закончились пшиком. Умное животное не собиралось тратить силы и причинять вред своему потомству. Погладив кобылку по шее и угостив сухариком, Матвей подвёл её к хрипло стонавшему мужику и, ухватив его под мышки, просто перекинул кобыле через спину.
К огромному удивлению парня, ревнивый, словно мавр, Буян даже не фыркнул, глядя, как он налаживает отношения с кобылой.
Вскочив в седло, Матвей быстрым шагом повёл коней к стойбищу. Судя по вою и плачу, там уже было всё закончено. Добравшись до стойбища, Матвей оставил коней у коновязи и, достав из кобуры револьвер, замер, решая дилемму. Оставить пленника и идти в стойбище или дождаться остальных тут.
* * *– Твою мать, испортили хорошую вещь, сволочи, – мрачно ворчал парень, разглядывая рассечённую на груди черкеску.
Сабельный удар не дотянулся буквально несколько миллиметров, чтобы нанести длинную резаную рану.
Подъехавший к нему десятник понимающе усмехнулся и, покачав головой, весело спросил:
– Ты чего бурчишь, Матвей?
– Черкеску испортили, твари, – выругался тот.
– Ох, и удачлив ты, парень, – покрутил десятник головой. – Это ж надо, почитай на пустом месте и след рассмотрел, и полковника нашёл. Да ещё и бумаг всяких кучу нарыл.
– Как бы нам те бумаги боком не вышли, – помолчав, вздохнул Матвей.
– Чего это? – удивился Михей.
