При обыске шатров выяснилось, что большую часть мужчин стойбища казаки зарубили.
В живых остались только женщины, дети, подростки и старики, которые не брали в руки оружие. Бумаги Матвей нашёл случайно. Когда Егор с парой молодых бойцов выскочил к коновязи, парень передал пленного им, а сам поспешил к тому шатру, рядом с которым неизвестный вскочил на лошадь. Расчёт его был прост. Бой в стойбище завязался неожиданно, а значит, времени у мужика было не много. Услышав выстрелы, он выскочил из шатра и бросился к ближайшей коновязи, чтобы побыстрее уйти в степь.
А значит, и уничтожить хоть какие-то бумаги он просто мог не успеть.
К нужному шатру парня вывел запах гари. Отбросив полог, которым закрывался вход, Матвей с револьвером в руке ворвался внутрь и, увидев какую-то бабу с пачкой бумаг в руках, одним пинком выбил у неё документы. Вскрикнув, женщина схватилась за нож, но Матвей решил не церемониться. Ну не убивать же дуру. Так что крепкий кулак парня просто вышиб из неё дух, пройдясь по челюсти.
Тщательно подобрав всё до последней бумажки, Матвей приметил под стеной широкую кожаную сумку и, вытряхнув из неё всё содержимое, весело проворчал:
– Это я удачно зашёл.
На кошму, расстеленную по полу шатра, вывалился ещё один револьвер, пачка патронов к нему, какой-то кожаный рулон и две пачки ассигнаций. Быстро уложив всё обратно, парень сунул туда же собранные бумаги и, оглядевшись, принялся обыскивать шатёр. В итоге обнаружились ещё какие-то документы в сумке поменьше, спрятанные между листов войлока, что служили кому-то постелью, и короткий, узкий стилет с крошечной гардой.
Сунув стилет в сапог, Матвей вернулся к коновязи. Там уже собрался весь десяток. Услышав, что он нашёл кучу каких-то бумаг, Михей тут же развил бурную деятельность. Сгуртовав отобранных коней, казаки погрузили на них трофеи и тут же отправились в обратный путь. Перевязать раненых они успели, пока Матвей обыскивал шатёр. К огромной удаче казаков, никто из десятка не получил серьёзного ранения.
Кому-то прострелили плечо, кто-то получил несколько резаных ран, а одному пробили ножом ногу, но всё это не могло помешать бойцам доехать до станицы. Кровь остановили, раны перевязали, и в путь. Само собой, ехать привычной рысью отряд в таком состоянии не мог, но быстрый шаг все раненые переносили нормально. Так что к исходу вторых суток десяток въехал в станицу.
Пленного сразу отправили на местную гауптвахту. Была такая в общественном доме.
