– Ты и теперь ещё в лаве любого молодого поучишь, как рубить правильно.
– Ну, может, и так, – не стал спорить кузнец, заглядывая в жерло горна. – Готов, Матвей? – повернулся он к сыну.
– Готов, – кивнул парень, подхватывая молот.
Выхватив разогретый клинок, Григорий переложил его на наковальню, и по двору поплыл уже привычный звон. Катерина принесла им в кузню ужин и, дождавшись, когда мужчины поедят, унесла посуду. Кузнецы же, чуть передохнув, вернулись к работе. Домой они вернулись через два дня. Отмывшись в бане, они завалились отдыхать.
Работа с булатом выматывала не хуже долгого ожидания.
Так что следующая неделя была отдана отдыху. Отоспавшись, Матвей выбрался из своей комнаты во двор и, широко зевая, поплёлся к бочке с водой. Умывшись, парень огляделся и, вспомнив, что давно собирался проверить лошадей, отправился на конюшню. Буян встретил его тихим ржанием, тут же принявшись тыкаться носом в карманы. Знал, баловень, что хозяин без угощения не приходит.
Не желая обманывать ожидания жеребца, Матвей со смехом оттолкнул нос коня и, достав из кармана несколько солёных сухариков, скормил их Буяну.
Ухоженный и вычищенный жеребец лоснился и, играя, переступал сухими, сильными ногами, словно рвался в скачку.
– Чего тут у тебя, Матвей? – войдя, лениво поинтересовался Григорий.
– Буян застоялся. Погонять бы надо, – проворчал парень, осматривая сбрую.
– Ну так езжай. И сам заодно прогуляешься. А хочешь, и Катерину свою возьми, – лукаво улыбнулся кузнец.
– Я б к деду Святославу съездил, – подумав, вздохнул Матвей.
– А чего к нему? – удивился Григорий.
– Так он же сам говорил, что недолго ему осталось. Проведать бы надобно, – напомнил парень, ероша чуб.
– Тоже верно. А Катюху всё одно позови, – неожиданно посоветовал кузнец.
– Она деда боится, – усмехнулся Матвей.
– Обойдётся. С тобой небось не так страшно будет. Заодно и вдвоём побудете. Пущай привыкает.
– А где она? – подумав, поинтересовался парень.
– Нашёл, у кого спросить, – рассмеялся Григорий. – Твоя суженая, тебе и знать надо.
– Ладно. Схожу к ней, – приняв решение, махнул Матвей рукой.
– Сходи, сходи, – усмехнулся кузнец, отходя в сторону от двери."
"Легко перемахнув плетень, Матвей быстрым шагом направился в сторону дома девушки. Поднявшись на крыльцо, он негромко постучал и, услышав за дверью быстрые шаги, едва заметно улыбнулся. Катерина, распахнув дверь, удивлённо хлопнула ресницами и, осторожно посторонившись, тихо пригласила:
– Входи, Матвей.
