– Не понимаю, к чему всё идёт. Знаю только, что заводчики с банкирами и торговцами всё больше власти себе забирают, а в столице словно и не замечают. Добром это не кончится. И что тогда делать? А тут ещё мы в местную замятню влезаем. Вот оно нам надо? Это же не наша война.
– Знаю, – скривился Ахмет-хан. – Война не наша, а интересы в этих местах у нас серьёзные имеются.
– Ты про границы? – быстро уточнил Матвей. – Так это не новость. Ну, войдут сюда османы. И что? Думаю, ничего кроме долгой головной боли они тут не получат.
Местные и сами не дураки.
– Верно. Но воевать толком они не умеют, – напомнил толмач.
– Это потому, что оружия доброго не имеют. А вот ежели им наших винтовок подкинуть и патронов от пуза дать, думаю, турки разом кровью умоются. Да просто вспомни, как местные по этим холмам ходят. Пока войска от одного оазиса до другого добредут, арабы их просто из засад ополовинят. Они же все эти тропы как свой карман знают.
– А империи тогда что делать? – иронично поинтересовался Ахмет-хан.
– Как ни крути, а это граница наша.
– А то мы прежде рубежей не держали? – презрительно усмехнулся Матвей. – И с османами резались, и с татарами, и ногайцами. Да кого только не окорачивали. Даже соплеменников твоих в их же горах осаживали. Или скажешь, не было?
– Было, – едва заметно усмехнувшись, согласился толмач. – Да только это будет долгая, считай бесконечная война на нашей границе. А оно империи надо?
– Ну, не хотят на границе, будет в самой империи, – зло выдохнул Матвей, вспоминая эпизоды, вычитанные из учебников по истории.
– Не о пограничных драках думать надобно, а о том, что в самой империи происходит. Всякие британцы с французами воду мутят, чтобы порядок наш сломать, да из государства себе колонию сделать, а чиновники и рады стараться. Лишь бы им хорошо было.
– Тут мне с тобой спорить сложно, – нехотя признал Ахмет-хан. – Я там не бываю и ситуации нынешней не знаю толком. Но с чего ты решил, что в стране что-то происходит?
– Да просто на цены смотрю, – хмыкнул парень.
– Цены на хлеб то и дело падают. А Россия страна крестьянская. От цены на хлебушек почитай всё зависит. Так вот, на зерно цены падают, а на мануфактуру всякую поднимаются. И как простому человеку жить? А ведь государство ещё и подати требует. А с чего их платить, коль цены на зерно нет? Вот и получается, что простой крестьянин оказывается без вины виноватым. Подати не уплатил, в долговой яме оказался. Семья по миру пошла.
