Сотвори себе удачу

Стив вскочил с кровати и стал судорожно искать свою одежду. Что же это может быть за женщина? Здесь, в России? Неужели Надежда, та девушка, которую он искал в свой прошлый приезд, нашла его? Когда он шел мимо зеркала, то увидел свое отражение и ужаснулся: щетина… Но он решил привести себя в порядок во что бы то ни стало. Жаль, помыться не удастся! Не ходить же по коридору в полуголом виде перед посторонними людьми! Но ему претила любая нечистота, и он решил не спешить и не принимать в расчет внешние обстоятельства.

Видимо, на кухне терпение иссякло, и Марипална снова постучала в дверь.

– Войдите! – сказал Стив и встал ей навстречу. Марипална открыла дверь, отступила назад, а в проеме двери возникла… бедная Лиза. Стив пошатнулся, но устоял.

– Здравствуйте! – сказала Лиза.

– Здравствуйте! – машинально ответил Стив, не отрывая от нее глаз.

Как она изменилась со вчерашнего дня! Куда-то делась вся ее серость и мышиность. Глаза сверкали, щеки алели. Она была восхитительна.

– Оставьте нас, Мария Павловна! – не отрывая глаз от Лизы, распорядился Стив.

Марипална в недоумении закрыла дверь. Стив подошел к двери и резко открыл ее, но Марипалны за ней не было. Он чуть смутился. Но тут же забыл об этом своем промахе. Взял Лизу за руку и повел в другой конец комнаты.

– Стив, – начала Лиза, когда они подошли к окну, – я пришла сказать, что встреча с вами перевернула всю мою жизнь…

Лиза привезла вчера домой Николу, с помощью этих неизвестных людей, ворвавшихся в Людину квартиру – она их сначала и в дом-то пускать не хотела, боялась, – уложила Николу в постель. Оказалось, что без них бы она не справилась. Люди эти сделали ему укол, причем даже не спросили у нее согласия, но она не стала возражать. И Никола тут же успокоился и уснул.

Лиза смотрела на еще недавно страстно обожаемого мужа и не находила в себе прежнего отношения к нему. Он и раньше бывал и пьяным, и не в себе, но тогда она только жалела его. А теперь, когда она слышала его громовый храп и видела мокрые, чмокающие во сне губы, ничего, кроме отвращения, не поднималось в ее душе. А если вспомнить, как жалок он был там, в прихожей Людиной квартиры, то терпеть этого дурня рядом с собой не было никакой мочи.