Совершенство

Такое себе возвращение к действительности из мира сладких грез, знаешь ли.

— Обычно так и бывает, — его голос звучит тихо и бархатно, проникая сразу под кожу, вызывая мурашки. — Но у нас еще есть немного времени для того, чтобы то, что было в грезах, произошло наяву.

— Может позавтракаем сначала? — предлагаю я, сладко зевая. — Сейчас бы крепкого кофе, а потом уже все остальное.

Марк легко соглашается:

Но размыкает объятия с видимой неохотой.

Никогда не встаю так рано, но после такого бодрящего пробуждения спать уже не хочется, поэтому на порцию кофеина я возлагаю большие надежды.

Когда мы выбираемся из-под пледа, обнаруживается страшное: волной прилива, что так некстати окатила нас с утра, унесло и часть одежды, причем, преимущественно моей. Остался только мой айфон, к счастью, не намокший, и шорты, да и те пыльные от песка.

За неимением иных вариантов, приходится прямо на голое тело облачиться в них и галантно предложенную Марком футболку.

Несмотря на это, мой настрой непривычно оптимистичен: даже у такой ситуации есть несомненный плюс, который заключается в том, что можно любоваться шикарным телосложением Нестерова, оставшимся в одних шортах.

Без зазрения совести рассматривать, как красиво перекатываются под бронзовой кожей мышцы. Как редкие рассветные лучи бликуют золотом на его груди и прессе, пока мы бок о бок возвращаемся в лагерь.

Подмышкой у Нестерова зажата его бессменная папка с рисунками, до которой чудом не достала волна. Марк не берет меня за руку, но мы идем настолько близко, что пальцы часто соприкасаются друг с другом.

На наших щиколотках до сих пор идентичные ссадины от страховочных лишей. Они не кажутся мне уродливыми. Это частичка нашего общего прошлого. Еще одна деталь, что сближает нас, помимо тысячи прочих.

Вокруг настолько тихо, что не хочется нарушать тишину разговорами. В прохладной утренней свежести шелестят волны и еле-слышно шуршит под ногами песок. Даже кузнечики в траве молчат, и вечно голодные крикливые чайки, кажется, тоже еще не проснулись.

Это создаёт ощущение, что кроме нас двоих в целом мире никого не осталось. Как в каком-нибудь постапокалиптическом кино. Понимаю, что это иллюзия, но мне не хочется, чтобы она развеивалась.

Я еще не успела полностью осознать то, что произошло между мной и Нестеровым. Не уложила в голове тот факт, что Марк и я вместе. Не свыклась с ним. Он до сих пор вызывает в моем сознании восхищенное недоверие.