Совсем не ангел

Прямо посреди тронной залы разместился уставленный всевозможными яствами дубовый стол, за которым сидели Стеша с Борисом, Ия, жена Яна Цанева, ее приемная дочь Ринка, а также ее подруга, а по совместительству жена Захара Цанева Амарилис, с дочкой Беатой на руках.

Сын Яна и Ии Тимур счастливый бегал вокруг отца и дяди, которые занимались розжигом камина.

Увидев в руках второго дяди елку, Тим, запрыгал на месте, хлопая в ладоши.

— Ета мая ёочка, — тут же встряла Ева, но поймав направленный на нее строгий мамин взгляд, тут же расплылась в доброй улыбке, — но Тим и Инка могуть весать игьюшки со мной.

Пока Ангел устанавливал ель, а Ева с Тимуром и Ринкой ждали момента, когда можно будет начать ее украшать, Ия махнула Есении, приглашая ее сесть рядом с ними.

— Ну что, выяснила, куда они вчера ездили? — шепотом поинтересовалась у Сени Амарилис.

Девушка, нахмурившись, покачала головой.

— Не колется. Сколько бы я его не спрашивала.

— И Захар тоже, — грустно выдохнула Ами, прижимая к груди завозившуюся в ее объятиях дочь, — еще и наша тактика, не обращать на них сегодня внимание, пока не расскажут, не действует!

Девушка покраснела до самых корней ее черных, как смоль волос, и ее подруги, не сдержавшись, прыснули со смеху.

— Интересно, как же долго наш Захарушка тебя уламывал? — поддела ее Ия, фыркая от смеха.

— Ян тоже недовольным не выглядит, — не оставшись в долгу, подмигнула ей Ами.

— Это, что же получается? — строго зашептала Есения, — я тут единственная, кто нашего плана придерживался? Хороши подружки, ничего не скажешь!

Продолжить разговор у девушек не вышло, так как к столу присоединились их мужчины, а за ними и дети, оставившие нарядную елку с зажжёнными фонариками, освещать тронную залу, где по случаю праздника потушили свет, дабы создать уютную праздничную обстановку.

Первым слово взял глава семьи.

— Прежде чем мы начнем наш сегодняшний ужин, я бы хотел поблагодарить за него не только любимую обитательницу резиденции, но и ставшую недавно членом нашей семьи Стешу. Спасибо, родная, ты знаешь, как мы тебя ценим, — Есения улыбнулась матери, которая пальцами смахнула набежавшие на глаза слезы, — а теперь можно приступить к главному.

Ангел с Захаром весело переглянулись, что не укрылось от внимания их жен.