Совушка ее величества

Демоны преисподней! Как он мог?!

– Э-э-эй? – возмутившись, когда он резко остановился, а затем не менее резко отстранился, при этом оставшись сидеть на моих ногах, я заслонила глаза рукой, потому что восходящее солнце било прямо мне в лицо, и тут же сердито поинтересовалась: – Не поняла? Чего сидим, кого ждем?

Ой… Кажется, я сказала немного не то. Прищурившись и с некоторым удивлением разглядывая его абсолютно черные глаза (белки были черными тоже) и крайне недовольное выражение лица, я уже более настороженно уточнила:

– Юмирай, в чем дело? Что-то не так?

Вместо ответа он одернул мою футболку, задравшуюся аж до груди, встал, поднял меня, причем делал это все молча, а затем схватил за руку и попытался потащить за собой.

– Юмирай, черт возьми! Какого лешего тут происходит! А ну отвечай! – дернув руку на себя, я добилась лишь того, что ястреб самым настоящим образом зарычал (признаюсь, я струхнула!), а затем и вовсе закинул меня на плечо и направился к выходу с крыши.

– Вика… – подо мной что-то гневно рыкнуло. – Будь хорошей девочкой, замолчи, или я за себя не отвечаю.

Моментально заткнувшись, потому что меня редко подводила интуиция, которая сейчас испуганно ойкнула и забилась куда-то в пятки, я послушно промолчала весь путь, пока лорд нес меня по крыше, чердаку, третьему этажу и лестнице. Но вот когда на втором этаже он уверенно прошел мимо моей комнаты, отправившись дальше, я начала нервничать.

Что, черт побери, происходит?

Или он хочет продолжить наше «общение» у себя? Признаюсь, если на крыше это было спонтанно и я поддалась на провокацию (грамотную и умелую, кстати, а уж какую чувственную – вообще молчу и смущенно краснею), то сейчас здравый смысл побеждал, и мне было скорее неловко, чем приятно подобное его поведение, больше похожее на повадки неандертальца, чем на его всегда безупречные манеры.

А затем мы куда-то пришли.

Неужели все-таки к нему?!

Довольно небрежно опустив меня на большую кровать (не бросил – и слава богу!), ястреб каким-то образом умудрился сделать так, что к тому моменту, когда моя спина коснулась кровати, он снова сидел у меня на бедрах и оценивающе разглядывал.

И не то чтобы было страшно, но неизвестность и нелепость происходящего настораживали. А еще настораживали его черные глаза. Судя по моим данным, у вампиров таких глаз быть не могло.