Справа, с западной стороны дома, была организована большая летняя площадка под крышей, с двумя печами (одна под гриль, барбекю и шашлык, вторая для котла и сковороды вог), с огромным деревянным столом и стульями. А за ней рядами вниз по более пологой стороне холма спускались террасы с грядками.
Дина все восхищалась, внимательно рассматривая и слушая пояснения хозяина, все поражалась, ахала, взмахивала руками от удивления, а Влад, проведя основную «обзорную» экскурсию, особо не погружаясь в детали, предложил выйти через заднюю калитку и прогуляться в лесу.
Они медленно шли по наезженной грунтовке, что тянулась вдоль всей кромки леса. Дина, уже уставшая восхищаться, просто наслаждалась прекрасными видами, медлительной неспешной прогулкой с мужчиной под ручку, особой тишиной, хвойным ароматом и поразительным покоем, охватившим ее.
Влад указал на широкую, явно окультуренную тропинку, теряющуюся в лесу, и увлек Дину за собой, сворачивая на нее.
– Ты как, – спросил он, – осилишь небольшой подъем? Тут не очень далеко, но поверь, усилия стоят того, тебе понравится.
– Осилю, – заверила Дина.
Они медленно, неторопливым прогулочным шагом поднимались вверх, и в какой-то момент, пройдя очередной небольшой поворот тропинки, неожиданно, словно кто-то отдернул тяжелый лесной занавес, впуская яркий свет, вышли, как на сцену, на небольшую полянку, ограниченную с одной стороны лесом, а с другой – не очень глубоким обрывом. Кусок каменной породы, вышедший наружу, образовал практически ровную площадку, с которой открывался совершенно потрясающий вид на всю округу, лежавшую перед ними как на ладони.
Край площадки был огорожен красивым кованым заборчиком.
– Обалдеть! – произнесла Дина, потрясенная открывшейся чудесной картиной.
– Давай посидим, – предложил Гарандин."
"Присели. Молчали, глядя на открывающуюся перспективу, впитывая красоту и тихое величие природы. Им вообще хорошо молчалось вместе, уютно, спокойно, они как-то сразу это почувствовали и поняли. Довольно долго так сидели, держась за руки, прижавшись плечами друг к другу, когда Влад неожиданно заговорил, разбивая затянувшееся молчание:
– Дин, ты наверняка уже поняла, что я человек достаточно жесткий, авторитарный и привык, что мое решение главное и не оспаривается.
Я знаю за собой эту черту, но сомневаюсь, что смогу измениться. Я привык принимать решения, нести за них ответственность и требовать их исполнения. Бывает, что меня иногда несколько перехлестывает, заносит, но это часть моей натуры.
